<<
>>

ОСНОВНЫЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РЕШЕНИЯ БОЕВЫХ ЗАДАЧ В СОВРЕМЕННОЙ ВОЙНЕ НА МОРЕ

Концентрированным выражением всей подготовки военных моряков, ведущейся годами и десятилетиями, высшим проявлением их морально-политической и психологической подготовленности, воинского мастерства является успешная деятельность в боевой обстановке, в условиях смертельной схватки с врагом.
Войны всегда были всесторонним испытанием мощи воюющих стран, но самую суровую проверку в них проходили и будут проходить люди. В. И. Ленин учил: «Во всякой войне победа в конечном счете обусловливается состоянием духа тех масс, которые на поле брани проливают свою кровь» [3, т. 41, с. 121].

Опыт боевых действий показывает, что ни один род деятельности, ни одна задача не поглощают так человека, не требуют от него такой самоотдачи и таких способностей, как боевая деятельность. Самые сильные чувства, напряжение ума и воли, любовь и ненависть, радость и страдание, подъем и упадок сил человек испытывает на войне. И нет такого командира или политработника, который не считался бы с этим, не стремился, бы предупредить отрицательное воздействие обстановки войны на поведение и качество боевой работы воинов. Победа возможна лишь при единстве квалифицированных оперативно-тактических, технических и психолого-педагогических решений, принимаемых офицерами.

Психологические особенности решения боевых задач прежде всего определяются их объективными особенностями, оказывающими определенное воздействие на военных моряков.

Характеризуя сущность войны, В. И. Ленин писал, «... что «война есть просто продолжение политики другими» (именно насильственными) «средствами» [3, т. 26, с. 224]. Империалистическая политика порождает войну, обусловливает ее классовое содержание, исторический смысл, цели и способы ее ведения и другие аспекты. Это же относится и к возможной современной войне. Вовлекая в свою орбиту массы, война оказывает на них влияние прежде всего своей политической сущностью. «Убеждение в справедливости войны, сознание необходимости пожертвовать своею жизнью для блага своих братьев, — писал В. И. Ленин, — поднимает дух солдат и заставляет их переносить неслыханные тяжести...

Это осознание массами целей и причин войны имеет громадное значение и обеспечивает победу» [3, т. 41, с. 121].

Мотивы деятельности военных моряков, активизирующиеся под влиянием политических аспектов боевых действий,— наиболее характерное явление в психике, имеющее решающее значение в готовности и возможности выдержать все испытания войны и довести ее до победы. Поэтому направленная на решение военных задач возможная боевая деятельность военных моряков будет наполнена политическим содержанием.

Боевая обстановка активизирует морально-политические качества и свойства личности, заставляет людей глубоко задуматься над смыслом жизни, определить свое место в обществе, классовой борьбе, историческом развитии человечества. Не случайно весь советский народ, военные моряки, единые в своей сплоченности вокруг Коммунистической партии, как в гражданскую, так и в Великую Отечественную войну, были охвачены патриотическим подъемом.
Не случайно беспартийные, готовясь к выполнению ответственных боевых заданий, изъявляли желание вступить в Коммунистическую партию, а у погибших находили записки: «Если я погибну, прошу считать меня коммунистом». В тяжелейший для нашей страны 1942 г. в партию было принято 1 млн. 340 тыс. человек. По состоянию на 1 января 1943 г. на подводных лодках подавляющее большинство моряков были коммунистами (на «М-171» и «Щ-403»—100%, «М-174»—98%; «М-172» — 85%, «К-122» — 83%, «Щ-404» и «К-21»— 80% и т. д.). Еще пример: во время одного из боевых походов к западным берегам Черного моря, длившегося трое суток, в одной лишь электромеханической боевой части эсминца «Сообразительный» 31 моряк подал заявление в партию.

И ныне любые трудности активизируют у личного состава именно мотивационные явления. Управление ими, всемерное укрепление идейно зрелых мнений, настроений и традиций в экипажах составляют основу успехов боевой деятельности, которую, возможно, придется вести.

Другая особенность боевой деятельности связана с чрезвычайной трудностью достижения целей, сложностью условий и способов решения боевых задач. Решительный и высокоманевренный характер боевых действий, их огромный размах на просторах Мирового океана, быстрая смена обстановки, длительность напряжений, возможный недостаток информации об обстановке, порой отставание ее от событий, применение неизвестных видов оружия и оперативно-тактических приемов, большой удельный вес неожиданных факторов, возрастание роли самостоятельных действий предъявляют высокие требования к познавательным, волевым и иным качествам моряков. Подвергнется испытанию прежде всего их мышление — его широта, глубина, оперативность, гибкость, способность решать задачи по обстановке, конкретно, нешаблонно, творчески, действовать находчиво, смело, и дерзко. Современные боевые действия потребуют проявления самостоятельности, активности, решительности, самообладания, трезвости в решениях и поступках, высокой ответственности. Поэтому военные моряки должны обладать высоким профессиональным мастерством, способностью быстро анализировать и обобщать боевой опыт, не теряться в любой обстановке, сколь бы сложной и безвыходной она порой ни казалась.

Огромная площадь Мирового океана, разнообразие его глубин, большое удаление от своих баз и берегов, отсутствие разграничительных линий между «своими» и «чужими», взаимопроникновение сил, меньшая сосредоточенность — все это характеризует своеобразие океанского театра военных действий и усложнит решение задач. Этот ТВД требует особых качеств, средств, способов и приемов действий; тут будет и постоянная угроза появления противника с любого направления. Экипаж далеко не всегда сможет получить помощь со стороны, он должен будет полагаться на свое боевое мастерство, проявлять в полной мере самостоятельность и инициативу.

Характерная особенность боевой деятельности — противодействие противника. Ни одна профессия не имеет дело с обработкой «злонамеренного объекта», который сопротивляется, активно противодействует достижению целей и задач, стоящих перед нами. Но именно таким объектом и является противник. Командир строит планы, расчеты, но их реализация зависит и от противника. Победа не приходит сама. Ее можно только вырвать, преодолевая самое ожесточенное противодействие врага. Этого добиваются особой подготовленностью, приемами и действиями в каждом боевом столкновении, переламывая его ход в свою пользу.

В. И. Ленин учил: «Стихия войны есть опасность. На войне нет ни одной минуты, когда бы ты не был окружен опасностями» [3, т. 44, с. 210]. Возрастание поражающих возможностей современного оружия, наличие у агрессивных сил империализма оружия массового поражения значительно усилили влияние фактора опасности на личный состав. В боевых действиях на море он имеет свои особенности, которые необходимо учитывать при обучении и воспитании военных моряков, при формировании у них качеств, необходимых мореплавателям и специалистам военного дела. Л. Кассиль писал:

«Во флотской службе ко всем военным испытаниям неизменно присоединяется еще и тяжкое испытание человека морем. Тут и пугающая отдаленность от родных берегов. И обнаженная пустынность разверстых горизонтов, подчеркивающая неукрытость и беззащитность человека. И бездонность глубин, над которыми ощущаешь себя таким утлым...

Солдат, даже сраженный пулей в бою на суше и падающий на твердую землю, еще не чувствует себя погибшим, пока у него не остановилось сердце или не померкло сознание. Моряк, идущий «подзаныр» со своим кораблем, большею частью уходит в пучину смерти вместе со своими товарищами.

Это порождает особый морской характер. Так родится железное братство моряков, скрепленное единством общей палубы и судьбы» [11, с. 198]. Конечно, тут сгущены краски и кое-что показано с точки зрения человека сухопутного, но некоторые особенности опасности подмечены верно.

Оценивая воздействие опасности, необходимо подчеркнуть, что оно далеко не всегда вызывает напряженность, тревогу, неуверенность, страх. Опасность у большинства военных моряков активизирует собранность, мобилизует силы, ускоряет реакции, обостряет восприятие, мысль, т. е. психологически сказывается положительно.

Своеобразие опасности на флоте выражается и в том, что большинство экипажа не имеет возможности непосредственно наблюдать за обстановкой. Человеку же всегда легче преодолевать опасности, когда они ясны, и очень трудно действовать спокойно, не ведая, что происходит вокруг. Бывший командир лидера «Ташкент» В. Н. Ерошенко вспоминал: «На корабле, ведущем бой, нет безопасных мест. <...> Но с верхней палубы или с мостика видишь происходящее вокруг, видишь море и небо, и уже поэтому тебе легче. А с тех постов, что расположены в корабельных недрах, не видно ничего. Там все страшнее, тем более что и выбраться оттуда не так-то просто, если даже будет дан такой приказ. «Привязанный» в походах к мостику, я часто старался поставить себя на место тех членов экипажа, которые по долгу службы встречают любую обрушившуюся на корабль беду в далеких внутренних отсеках. Какого мужества, какой самоотверженности требует подчас их вахта! Ведь пока устраняется мало-мальски серьезное боевое повреждение, морякам на нижних постах не раз подумается, что наверх им уже не выйти» [32, с. 199]. В такой обстановке люди повышенно восприимчивы ко всему, что, по их мнению, может прояснить ее: поведению товарищей, выражению глаз старшего, интонации голосов, передающих донесения и приказания по корабельной трансляции, и т. п.

Фактор опасности подчеркивает особое значение на корабле психологически верного руководства, примера командиров. Если рядом с моряком сдержанные, уверенные в своих действиях люди, то и он спокоен, действует четко. Если же он видит расстроенные, испуганные лица, дрожащие руки, слышит истерические выкрики вместо обычных докладов и распоряжений, то его состояние подвергается серьезным испытаниям.

Особенностью боевой деятельности может быть и мощный «психологический фон», на котором она протекает. Моряки действуют не в тиши кабинетов, не на учебном полигоне в спокойной размеренной обстановке, а при огромном напряжении сил, острых переживаниях, дефиците во времени, отсутствии достаточного отдыха, в состоянии сильной усталости, а порой и изнурения. В боевой обстановке сильнее, чем в мирное время, воздействуют на человека условия обитаемости и морские факторы. Это объясняется, в частности, тем, что (по прошлому опыту) длительность боевых походов корабля значительно превышает длительность, характерную для мирного времени. Кроме того, каждый день и каждый час боевого похода требуют от моряка намного большего напряжения сил. Известный подводник Герой Советского Союза И. А. Колышкин писал: «С чем сравнишь боевой поход подводной лодки? Это две или три недели ежедневного, ежеминутного неослабного напряжения, постоянного ожидания неведомой опасности. Напряжения внимания, собранности, терпения в поиске... На всем протяжении похода подводники не чувствуют настоящей нервной разрядки — она наступает только с возвращением в базу. Весь поход — чередование большого напряжения с предельно большим. И главное, напряжения длительного» [40, с. 315—316]. Легко понять значение этого фактора в условиях современных многомесячных походов.

На фоне такого неблагоприятного состояния все действия моряков должны быть предельно умелыми. Вместе с тем это обстоятельство содержит в себе предпосылки ошибок, неточностей, промахов, отрицательных настроений, проявления слабости. Военным морякам необходима высокая психологическая устойчивость к условиям длительных боевых действий на просторах Мирового океана. Целям ее поддержания отвечает и специальная работа с ними в боевой обстановке.

Оружие корабля — оружие коллективное, и это порождает психологическую особенность боевой деятельности военных моряков. Ее просто невозможно представить себе в виде каких-то изолированных психологических реакций. Она всегда теснейшим образом связана с социально-психологическими явлениями в экипаже, с реакциями на поведение окружающих. В решении поставленной кораблю задачи суммируются усилия всех членов экипажа. Тут все делится поровну: и радость победы, и опасности, и трудности, а на подводной лодке — и глоток воздуха. Корабль побеждает коллективом. От каждого моряка зависит общий успех, каждый прекрасно осознает это и вкладывает все свои силы в общее дело. Особая роль в этих условиях принадлежит командиру. Ф. Энгельс писал: «Но как нельзя более очевидна необходимость авторитета — и притом авторитета самого властного — на судне в открытом море. Там в момент опасности жизнь всех зависит от немедленного и беспрекословного подчинения всех воле одного» [1, т. 18, с. 304].

Матросы, старшины, мичманы, офицеры — глаза, уши, руки корабля, командир — его мозг. Экипаж — маленькая семья, где есть старшие и младшие, но все члены ее связаны особыми, прочными узами. Для флотского экипажа характерны монолитная идейная сплоченность, дружба и товарищество, взаимное уважение и доверие, безграничная вера в командира, прочность традиций, высокое боевое мастерство, сила партийной и комсомольской организаций. Но старший в этой сплоченной семье — командир. Его иногда зовут «батя», вкладывая в это слово и признание, и уважение, и любовь, и готовность подчиняться.

Наконец, возможная боевая деятельность экипажа будет протекать в обстановке приказа, уставного порядка, железной дисциплины и суровых законов военного времени. Он не волен, как правило, в выборе путей, способов и средств достижения поставленной цели. Личный состав подчиняет свою деятельность выполнению приказов, единых замыслов, разрабатываемых вышестоящими органами. Он обязан избирать такие пути, способы и средства, которые безусловно ведут к выполнению приказов, ни отменять, ни прекращать действие которых он не имеет права. Невыполнение приказа чревато для исполнителя в боевой обстановке самым суровым наказанием. Все это знает и постоянно помнит каждый военный моряк. Эти жесткие рамки его деятельности в целом способствуют преодолению многих психологических трудностей, возникающих в боевой обстановке.

Таковы условия боевой деятельности личного состава, определяющие и основные психологические характеристики ее. Как видно, они не сводятся только к опасностям, а явления — к страху, как это иногда представляют. Психическая деятельность многогранна. В ней участвуют все категории явлений. Оценивая влияние условий боевой деятельности личного состава на его психику, поступки и действия, надо выделить прежде всего положительные влияния, которые наиболее типичны и массовы.

Обстановка войны, как правило, вызывает полную мобилизацию (гипермобилизацию) сил и возможностей человека. Предельные трудности, опасности, ответственные решения и действия активизируют все свойства, качества, внутренние резервы, компенсаторные механизмы и доводят их до характерных для данного человека максимальных пределов. Происходит оптимизация деятельности психики, т. е. ускоренное протекание всех ее явлений при согласованном их взаимодействии. Идет быстрое совершенствование, перестройка, формирование новых связей и психических состояний.

Деятельность психики протекает целостно во взаимодействии мотивационных, познавательных, волевых, эмоциональных и психомоторных явлений. При этом человек обнаруживает себя в своих главных, доминирующих особенностях — социально обусловленных, и прежде всего в мотивационных. Не случайно война всегда была не только испытанием, но и закалкой людей — их жизненных позиций, устремлений, убеждений, идеалов и нравственных устоев. В. И. Ленин писал: «Опыт войны, как и опыт всякого кризиса в истории, всякого великого бедствия и всякого перелома в жизни человека, отупляет и надламывает одних, но зато просвещает и закаляет других, причем в общем и целом, в истории всего мира, число и сила этих последних оказывались, за исключением отдельных случаев упадка и гибели того или иного государства, больше, чем первых» [3, т. 26, с. 220].

В боевой обстановке человек наиболее полно обнаруживает себя как личность, как представитель определенного класса, носитель идеологии и морали, гражданин и патриот. Поэтому мотивационные процессы имеют определяющее, непреходящее, общее — активизирующее, направляющее, мобилизующее, регулирующее — значение в боевой деятельности личного состава.

Характерны для этого времени и обостренный патриотизм, ненависть к врагу, чувство мести — психические состояния и процессы, в которых выражается закономерная реакция матросов, старшин, мичманов, офицеров на вероломство, коварные и жестокие замыслы и действия врага, гибель советских людей, товарищей. Они были характерными, например, для советских моряков в годы Великой Отечественной войны, умножали силы в борьбе с фашистскими захватчиками. В настоящее время воспитание ненависти к милитаристам, реакционным кругам империализма и их пособникам — одно из важнейших направлений подготовки военных моряков к решению боевых задач.

В боевой обстановке у личного состава растет мужество, здоровое стремление отличиться, желание проявить в боевых делах свою преданность народу и Родине, повышаются целеустремленность, волевая собранность, настойчивость, решительность, ответственность, исполнительность и дисциплинированность.

Душевный подъем, вдохновение, боевое возбуждение, даже азарт охватывают хорошо подготовленных к защите своей социалистической Родины матросов, старшин, мичманов и офицеров, правильно руководимых командирами и политработниками. Радость, восторг, энтузиазм — тоже далеко не редкие в боевой обстановке переживания, возникающие при боевом успехе, уверенности в нем, получении ожидаемых и удовлетворяющих потребность сведений и заданий. Нередки и аффекты — бурные вспышки чувств, которые могут способствовать успеху боевых действий.

Боевая задача и трудности ее решения побуждают людей к непрерывной познавательной деятельности, будят творческие возможности, способствуют развитию наблюдательности, внимания, представлений, воображения, мышления. Происходит интенсивное совершенствование знаний, умений, навыков, быстрое закрепление положительных привычек и устранение вредных. Личный состав проявляет повышенную выносливость, физическую силу, неприхотливость, в меньшей степени подвержен заболеваниям.

Наряду с этим в боевой обстановке могут возникать и отрицательные психологические явления. В зависимости от своего характера и силы они будут:

— довольно часто затруднять протекание психических процессов, важных для успешного осуществления боевой деятельности, мешать человеку показать все лучшее, на что он в другой обстановке был способен, а в результате — хуже использовать оружие и боевую технику, на более низком уровне решать боевые задачи;

— порой вступать в противоречие с одновременно протекающими мотивационными и волевыми процессами, ослаблять проявления воли, приводить к ухудшению поведения;

— вызывать, правда редко, полное нарушение нормальной деятельности психики и полную утрату боеспособности моряком.

Первый вид нарушений чаще всего обнаруживается в стресс-интеллектуальных, стресс-сенсорных и стресс-двигательных нарушениях. Первым следствием даже незначительных отрицательных явлений в психике, вызванных боевыми условиями, служат интеллектуальные нарушения: утрачивается творческая способность мышления, находчивость, гибкость, сообразительность, появляются ошибки в оценке обстановки, затруднения в выполнении умственных операций («мысли путаются»), снижается скорость переработки информации, случаются провалы памяти. Несколько позже или одновременно с ними наступают сенсорные нарушения: ослабляется наблюдательность, ухудшаются внимание, осмотрительность. Снижается точность отсчетов показаний приборов, появляются иллюзии. Иногда моряк перестает даже осознавать команды и обращенную к нему речь. Эту форму нарушений затем дополняют двигательные: тремор (дрожание) рук и ног, изменение голоса (срыв на фальцет, заикание, переход на шепот), нарушение силы, амплитуды и координации движений, появление грубых ошибок в действиях (не за то взялся, не то переключил), суетливости или замедленности двигательных реакций. Темп действий, как правило, сохраняется высоким, может даже повышаться, но всегда страдает качество: вначале это неточности, а затем — ошибки, число и степень серьезности которых растут. Рассмотренные разновидности нарушений касаются обслуживания и использования воином оружия и боевой техники, т. е. чисто профессиональных функций. В прошлом они были распространены, особенно среди молодых, необстрелянных моряков, впервые выходящих в боевой поход, недостаточно психологически подготовленных.

Второй вид нарушений деятельности психики в боевой обстановке проявляется в стресс-волевых и стресс-нравственных нарушениях. Первые в наиболее простой форме выражены в малозаметном на первый взгляд ослаблении целеустремленности, настойчивости, боевой активности, инициативы, самоконтроля и самообладания. Осторожность превращается в боязливость, возникают навязчивые сомнения, мрачные мысли, тревога, нерешительность. Нравственные нарушения — ухудшение выполнения приказов, маскируемое желание уклониться от опасных заданий, недисциплинированность, появление склонности к спиртным напиткам, подверженность суевериям.

Третий тип нарушений чрезвычайно редок в нашем флоте. Он встречался при развитии у человека острых реактивных состояний (психозов) — кратковременной функциональной патологии нервно-психической деятельности продолжительностью от нескольких минут до 5—7 суток, а порой и больше. Психозы военного времени могут иметь возбудительную и тормозную форму. Они выражаются в сумеречном состоянии сознания, бессмысленных действиях, ступоре (оцепенение, застывание в какой-либо позе, прекращение реакций на окружающие события), истерических реакциях. Обычно эти явления прекращаются в спокойной обстановке. Частота, характер и последствия психических потрясений в решающей степени определяются морально-политическими особенностями личного состава и поэтому не одинаковы в разных армиях и флотах.

Например, в военно-морских силах США на 3 894 180 человек личного состава с января 1942 г. по 1 июля 1945 г. было зарегистрировано 149 000 психических больных. Из них уволено с морской службы 76 721, что составило 32,4% всех медицинских увольнений в течение войны. Среди подводников нервно-психических заболеваний было сравнительно немного: на 25 000 человек — 62 случая. Американские специалисты объясняют это высоким качеством отбора людей для службы на подводных лодках, хорошей подготовкой и организацией послепоходового отдыха. Отмечено, что у подводников наибольшее внутреннее напряжение возникало перед подходом к району боевых действий и особенно острое — во время бомбежки глубинными бомбами, что проявлялось в виде тошноты, рвоты, черных пятен перед глазами, истерических реакций, потери сна, кошмарных Сновидений. В отдельных случаях признаки острых реактивных состояний появлялись даже при сигнале к погружению [35, с. 51, 52].

Существует несколько отрицательных психологических явлений, приводящих к описанным нарушениям в поведении и действиях личного состава, с которыми необходимо вести решительную борьбу.

Обострение чувства самосохранения — закономерная реакция на опасность. Выражается она в волнении, тревожности, обострении оборонительных установок и реакций, страхе, иллюзиях, тягостных навязчивых мыслях. Сила непосредственного восприятия признаков опасности (очевидных, многочисленных и постоянных в боевой обстановке) определяет силу и стойкость психических реакций на них. Угрожая жизни, они как бы притягивают к себе деятельность психики, стремятся пленить ее, подчинить выработке оборонительных действий. Если военный моряк не сможет противостоять этим влияниям, его внимание будет захвачено выискиванием признаков опасности и слежением за ними, рамки восприятий сузятся, уровень мышления снизится. Вместо того чтобы руководствоваться целями и задачами, связанными с уничтожением противника и требующими системы действий, приводящей к успеху, он подчиняет свое поведение и мысли соображениям данного момента, т. е. непосредственно целесообразным (оборонительным). Показателями известного снижения уровня психической деятельности человека, когда он не выдерживает психологического груза опасности, служит также переход к необдуманным механическим действиям, к подражательности.

При сильном обострении чувства самосохранения развивается психологически тяжелая борьба мотивов — долга и самосохранения. Волнение, страх могут возникнуть у любого человека. Но их сила, роль в деятельности психики и влияние на поведение различны. Сила мотивационных процессов, поддержание их в боевой обстановке активизацией мыслей о долге и ответственности, чувств ненависти к врагу и патриотизма позволяют преодолеть обострение чувства самосохранения, ослабить его, не дать ему проявиться. «Мужество, — писал Герой Советского Союза Г. И. Щедрин,— это преодоление страха, победа чувства долга над инстинктом самосохранения» [82, с.111]. Чем лучше развиты у военного моряка морально-политические качества, тем успешнее ему удается преодолевать чувство самосохранения. Необходимо отметить, что в наиболее примитивной форме страх связан с инстинктом самосохранения. У развитой личности страх, тревога — реакция на угрозу всему, что дорого для нее: Родине, творениям народа, будущему страны, кораблю, экипажу, товарищам, близким, родным, а такой страх обостряет чувство долга и ответственности.

Поражающая мощь современного оружия умножила слагаемые опасности в возможной войне, предпосылки для обострения чувства самосохранения и требует проявлять особую заботу о предупреждении этого в целом отрицательного психологического явления.

Перенапряжение (стресс) — характерная отрицательная реакция психики в боевой обстановке. Активизация возможностей, внутреннее напряжение вообще возникают всегда, когда человек решает трудные и ответственные задачи. Поэтому оно необходимо и полезно. Но наилучшие результаты достигаются тогда, когда внутреннее напряжение по своей интенсивности не превышает некоторый предел — предел полезности профессионального напряжения. В этом случае воин наиболее эффективно решает боевые задачи, обслуживает технику и использует оружие. Все психические процессы при этом протекают быстро и наилучшим образом, мысль работает особенно четко и ясно. Если же интенсивность напряжения (внутренняя возбужденность) переходит этот предел, она начинает создавать помехи нормальному протеканию психических процессов, нарушает их согласованность. Возникают упоминавшиеся стресс-сенсорные, стресс-умственные и стресс-двигательные нарушения (в обслуживании и использовании оружия и техники). В границах второго предела интенсивности внутреннего напряжения — мотивационного предела полезности — ухудшения поведения еще нет. Более того, человек может проявлять мужество, энергичность, активность, испытывать боевой азарт. Но если внутреннее возбуждение продолжает расти, переходя и этот предел, возникают стресс-волевые и стресс-нравственные нарушения, т. е. человек временами уже теряет контроль над собой. Когда же интенсивность напряжения переходит третий, максимальный, предел, наступают психологические расстройства, происходит срыв деятельности психики с полной потерей боеспособности.

Напряжение, по своей интенсивности находящееся между первым и третьим пределами, и есть перенапряжение. Имеются данные, которые говорят о том, что пределы связаны не только с интенсивностью внутреннего напряжения, но и с некоторыми его качественными характеристиками. Обострение чувства самосохранения и другие отрицательные психологические явления, о которых речь пойдет ниже, способствуют нарастанию внутреннего напряжения, как бы суммируясь в нем.

Границы пределов внутреннего напряжения индивидуальны и подвижны. При правильном руководстве и самоуправлении военный моряк может овладеть собой, преодолеть перенапряжение и возвратить его в границы приносящих пользу пределов. Установлено, что величина предела полезности профессионального напряжения зависит от сложности решаемой задачи и снижается с ее увеличением. Тенденции развития военного дела, усложнение боевой деятельности требуют большего внимания к предупреждению перенапряжения.

Неадекватность оперативной психологической модели боевой обстановки сложившейся ситуации, т. е. недостаточное понимание (непонимание) военным моряком происходящих вокруг событий, их развития, намерений противника — распространенное и опасное по своим последствиям явление. Имея преимущественно познавательное содержание, оно порождается прежде всего трудностью своевременного и полного отражения в сознании сложной и быстро меняющейся массы событий, зависимостей, в которых протекают боевые действия. Затрудняют понимание обстановки недостатки в развитии умственных качеств моряка, плохое знание опыта войны, медленное совершенствование боевого мастерства и другие отрицательные психические явления в боевой обстановке.

Неадекватность оперативной психологической модели боевой обстановки реально происходящим событиям порождает ошибочные оценки и решения, неэффективные и неправильные действия, ведет к неудачам, просчетам, а может, и к поражению. Она способствует возникновению страха и напряженности. Одним из неприятных следствий ее может быть и растерянность (фрустрация) — состояние дезорганизации всей познавательной и волевой деятельности человека, при котором он не может принять никакого решения.

Недостаточная мобилизованность (гипомобилизованность, несобранность) — отрицательное психологическое явление преимущественно волевого содержания. Оно характерно тем, что человек не в состоянии активизировать в достаточной степени свои возможности, добиться в боевой обстановке наилучшего, согласованного протекания всех психических процессов. Причины его — инерция мирных настроений, трудность внутренней перестройки, действие других отрицательных психологических явлений, отсутствие опыта самоуправления в критических условиях, стойкости к экстренному предельному напряжению. Недостаточная внутренняя мобилизованность человека снижает его стойкость к трудностям войны, обостряет все переживания, колебания, усиливает чувство самосохранения. Она способствует возникновению оборонительной установки — внутренней нацеленности и готовности к реакциям на опасность, к отступлению, к легкому признанию трудностей непреодолимыми, которая приводит к снижению боевой активности и шараханьям от всех и всяких опасностей (даже ложных).

Неуверенность — отрицательное психическое состояние главным образом эмоционального содержания, представляющее собой реакцию на понимание сложности боевой обстановки, ожидаемые трудности, противодействие противника и оценку собственных возможностей как недостаточных для решения боевой задачи. Это своеобразная форма страха перед неудачей, поражением, ответственностью и их последствиями. Она обостряется, если недостаточно развиты направленность личности военного моряка, его умственные и волевые качества, эмоциональная устойчивость, если у него низкая психологическая подготовленность, отсутствует боевой опыт, недостает мастерства.

Появлению неуверенности способствуют недооценка своих возможностей и переоценка возможностей противника, плохая сплоченность экипажа, неавторитетность командиров и неумелое руководство. Неуверенность приковывает внимание к трудностям, элементам опасности, усиливает оборонительную установку, порождает чувство обреченности, нерешительность, недостаточную настойчивость в решении боевых задач, снижает внутреннюю мобилизованность.

Сильная усталость, крайнее изнурение, истощение сил возникают в результате огромных психологических и физиологических нагрузок на человека в боевой обстановке при недостаточной его выносливости и неправильном руководстве со стороны командиров.

Одно из опаснейших психологических явлений — паника — коллективное аффективное состояние с отрицательной направленностью. Факты свидетельствуют, что советским военным морякам оно не свойственно. Но на отдельных транспортах, среди перевозимых на кораблях войск, а также у людей, спасенных из воды, снятых с гибнущих судов, это явление может наблюдаться. Вообще панике способствуют: низкая сплоченность подразделения, части, экипажа; организационный распад (нарушение руководства, связи, взаимодействия, большие потери); появление противника там и тогда, где и когда его не ждут; применение нового оружия неизвестных образцов; ночь, когда всякая неожиданность особенно чувствительно воспринимается людьми, воображение которых в темноте склонно к преувеличению опасности; наличие возбудителя паники (например, человека, охваченного острым реактивным состоянием в истерической форме).

Такова совокупность возможных психологических явлений. Но от чего зависит возникновение или преобладание некоторых из них? Как добиться, чтобы в боевой обстановке возникали только положительные психологические явления? Ясно, что дело тут не только во внешних условиях боевой деятельности, иначе у всех моряков и всегда наблюдались бы строго одни и те же явления. Как уже отмечалось, одна из основных закономерностей деятельности психики заключается в том, что внешние причины действуют через внутренние условия. Иначе говоря, результат воздействий зависит всегда от особенностей личности человека, выработанных у него качеств, его морально-политической и психологической подготовленности, боевого мастерства, соответствующих характеристик экипажа, а также от его психического состояния в момент действия тех или иных объективных факторов. Не зря говорят, что у одних вид моря вызывает страх, а у других — желание померяться с ним силами, испытать себя. Решающая роль в возникновении положительных психологических явлений, способствующих успеху боевых действий, принадлежит мотивационным, идейным, морально-политическим качествам личности советского моряка.

Немалое влияние на особенности психологических реакций оказывает и характер деятельности: особенности задачи, которая возложена на того или иного моряка или коллектив, степень ответственности, активности. Так, при равных условиях психологические явления не будут одинаковы у командира корабля и рядового матроса, у гидроакустика и кока, на корабле, ведущем бой, и на складе. При одинаковой обстановке в военно-морской базе экипажи кораблей, находящихся в ремонте, принимающих боезапас, возвращающихся с моря и выходящих в море, будут существенно отличаться в психологическом отношении.

Воздействие всех трех групп факторов (внешних, внутренних, характера деятельности) и определяет психологические реакции. Это говорит, с одной стороны, о решающей роли качественной подготовки личного состава к боевой деятельности, а с другой — о важности правильного руководства им в ходе этой подготовки.

Все сказанное относится главным образом к войне, ведущейся обыкновенными средствами поражения. Но современная война, развязанная агрессивными силами империализма, может стать ракетно-ядерной войной. Боевые действия при этом будут иметь свои психологические особенности. Не случайно говорят, что у ракетно-ядерного оружия пять поражающих факторов, считая пятым психологический. Насколько можно судить, наиболее сильное психологическое воздействие на личный состав окажут: огромная боевая мощь этого оружия и трудность защиты от него; новизна, необычность, отсутствие боевого опыта в условиях его применения; невидимость и неощущаемость (в течение некоторого времени) радиоактивного заражения и проникающей радиации; массовые разрушения и потери; коренное изменение и сложность обстановки; временная потеря управления; нарушение отработанной организации; гибель ряда командиров и выполнение их функций заместителями или первыми пришедшими в себя людьми; необычайно долгое пребывание и работа в индивидуальных средствах защиты.

И в этих условиях было бы неверно сводить психологические явления только к отрицательным. Конечно, будут и положительные. Сам факт применения ракетно-ядерного оружия (или других средств массового поражения) агрессором и возникающая при этом обстановка несомненно вызовут у советских военных моряков величайшую собранность, решительность, гнев и возмущение, неудержимое стремление нанести ответный сокрушительный удар по противнику. Стремление навсегда стереть с лица земли империализм, не остановившийся перед уничтожением огромного количества людей, будет определять массовый героизм и самоотверженность всех категорий личного состава нашего флота.

Конечно, в условиях ракетно-ядерной войны возрастут и психологические трудности, а отрицательные психологические явления могут представлять значительно большую опасность. В этот период вероятны возрастание интенсивности, выраженности, массовости и большей устойчивости рассмотренных выше отрицательных психологических явлений, а также возникновение новых отрицательных явлений, не имевших места в прошлых войнах. Может развиться «атомобоязнь» — повышенная тревожность, перенапряженность, страх, причем даже до применения ракетно-ядерного оружия, лишь при распространении слухов о том, что оно будет применено (этот метод действий предусматривается планами психологической войны, вынашиваемыми милитаристами).

М. В. Фрунзе писал о воздействии нового оружия на людей: «Размер этого психического урона не поддается учету, и в известных условиях он может во много раз превышать материальный ущерб, который причиняется этими орудиями истребления» [80, с. 413]. «Атомобоязнь» питается мыслью о трудности защиты от ядерного оружия и устранения последствий его применения. Сказывается постоянство опасности — ив море и в базе нельзя чувствовать себя неуязвимым. Наряду с этим океанские просторы и глубины, рассредоточенность и скрытность действий сил флота создают и благоприятные психологические возможности для ослабления и предупреждения «атомобоязни».

При фактическом применении ядерного оружия его психологическое воздействие непосредственно. Потрясают психику грандиозный вид ядерного взрыва, картина массовых разрушений и потерь при прохождении ударной волны, значительные изменения в обстановке и соотношении сил. Ударная волна вызывает нарушение деятельности органов чувств, сильную боль, потерю ориентировки, аффективные состояния, иллюзии, бессмысленную активность или ступор. Световое излучение вызывает у человека ожоги, временное ослепление или полную потерю зрения, приводит к возгоранию одежды и многочисленным пожарам. Большинство людей вообще повышенно восприимчивы к огню, считают его одним из самых страшных видов опасности. Лучевая болезнь — следствие проникающей радиации и радиоактивного заражения — опасна прежде всего быстро сказывающимися на психике последствиями: недомоганием, сонливостью, шумом в ушах, головокружением, потерей работоспособности. Человек, подвергшийся интенсивному облучению и знающий об этом, может с тревогой ожидать появления признаков лучевой болезни, поддаться мыслям о неизбежности близкой смерти. Психологически воздействует и то обстоятельство, что радиоактивное излучение невозможно ощутить органами чувств. Плохая информация личного состава о радиационной обстановке способствует возникновению тревоги и распространению слухов.

В целом применение ядерного оружия больше способствует возникновению отрицательных психологических явлений, чем применение обычного, и требует от командиров и политработников огромного самообладания, высокого мастерства, умения руководить людьми.
<< | >>
Источник: Г. А. Броневицкий Ю.П. Зуев А.М. Столяренко. Основы военно-морской психологии. 1977
Помощь с написанием учебных работ

Еще по теме ОСНОВНЫЕ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ РЕШЕНИЯ БОЕВЫХ ЗАДАЧ В СОВРЕМЕННОЙ ВОЙНЕ НА МОРЕ:

  1. Психологические операции в современной войне
  2. Цель, задачи, принципы психологического обеспечения боевых действий войск
  3. ВЕДЕНИЕ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ НА МОРЕ
  4. Оперативная психологическая помощь военнослужащим в различные периоды выполнения боевых задач
  5. Психологические особенности участия женщин-военнослужащих в боевых действиях
  6. Психологические особенности оборонительных боевых действий
  7. Противодействие психологическим операциям противника как задача психологического обеспечения современного боя
  8. Психологические особенности боевых действий военнослужащих в различных видах боя и в условиях применения ОМП
  9. Психологические особенности ведения боевых действий ночью
  10. Особенности морально-психологического обеспечения в различных видах боевых действий
  11. КОМАНДИР В БОЕВОЙ ОБСТАНОВКЕ. УЧЕТ ПСИХОЛОГИЧЕСКИХ ОСОБЕННОСТЕЙ ПРОТИВНИКА ПРИ ВЕДЕНИИ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ
  12. Психологические особенности боевых действий личного состава частей сухопутных войск в локальных военных конфликтах
  13. ОБЩИЕ ПРИНЦИПЫ РЕШЕНИЯ ЗАДАЧ НА НАРУШЕНИЕ КИСЛОТНО-ОСНОВНОГО СОСТОЯНИЯ.
  14. Психологические особенности принятия рискованных решений военнослужащими в боевой обстановке
  15. УЧЕТ ОСОБЕННОСТЕЙ ПОЛО-РОЛЕВОЙ, ВОЕННО-ВИДОВОЙ И ВОЕННО-РОДОВОЙ ПСИХОЛОГИИ В ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ ОБЕСПЕЧЕНИИ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ ВОЙСК
  16. ПСИХОЛОГИЧЕСКИЕ ОСОБЕННОСТИ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ ВОЕННОСЛУЖАЩИХ В РАЗЛИЧНЫХ ВИДАХ И НА РАЗЛИЧНЫХ ЭТАПАХ БОЯ
  17. Психологическое сопровождение боевых действий войск. Психологическая помощь в боевой обстановке
  18. Основные задачи психологической работы в воинской части
  19. Задачи и основные проблемы психологической службы в народном образовании
  20. Основные направления, задачи и принципы организации психологической работы в войсках