<<
>>

К культуре «нового времени»

В течение середины второй половины XVI - первой трети XVII в. осуществлялся поворот от культуры Древней Руси к культуре России «нового времени». Это относится и к российской медицине и хирургии тех лет: в их развитии наблюдалось немало нового, обусловленного развивавшимися связями с Западной Европой.

Начиная с середины XVI в., со времени царствования Ивана Грозного, и в течение последующих трех столетий постоянными медиками при дворе русских царей становятся иноземные доктора.

На первых порах это были главным образом англичане - Ральф Стэндиш и Ричард Рейнольдс, Арнульф Линдсей и Ричард Ригерт,

Елисей Бомель и Роберт Якоби, Марк Ридли, Артемий Дий, Сэмюэл Коллинс... Впрочем, были среди этих докторов и голландец Болдуин Хамей, итальянец Павел Миланский, немцы Давид Фасмар и Генрих Шредер, иноземцы из других стран Европы.

Иноземных медиков объединяло то, что все они были дипломированными докторами медицины, прошедшими курсы обучения на медицинских факультетах западноевропейских университетов. В соответствии с этим основной их специализацией было лечение болезней различными консервативными средствами, преимущественно лекарствами, т.е., говоря современным языком, терапия.

В Россию западноевропейских докторов медицины охотно приглашали прежде всего как придворных врачей, и они привносили не только свои знания и умение, но и свою культуру, богатый и разнообразный опыт, способствовали распространению новых теорий, взглядов, методов, чего, правда, нельзя сказать о хирургии. Хотя предписывалось отбирать таких иноземных «дохтуров», которые были бы «во всяком лекарском деле искусны», т.е. владели бы не только медициной, но и хирургией, сделать это не удавалось, так как таких специалистов в Европе тогда фактически не было. Более того, приезжавшие к нам иноземные доктора исповедовали, как правило, свойственное Средневековью презрительное отношение к хирургии как к низкой (по сравнению с медициной) специальности.

Естественно, что никакой хирургической практикой они в России не занимались. Даже когда требовалось произвести такую распространенную тогда процедуру как кровопускание, доктора обычно поручали это находившимся на службе в Аптекарском приказе лекарям - хирургам (их тоже нередко приглашали из-за рубежа, хотя были в стране и свои, русские, лекари).

Так, когда в июне 1643 г. царь Михаил Федорович заболел рожей, придворные доктора Артман Граман и Яганус Белово сначала назначили консервативное лечение, «а после того надобно отворить жилную руду, для того, чтоб вывесть всякой жар из головы и крови продух дать, а буде крови продуху не дать, и та тяжкая жаркая кровь станет садиться на каком месте нибудь, где природа покажет, и от того бывают пухоты и язвы; а жилную руду мочно отворить изыскав день доброй». И такой день был изыскан уже назавтра. В бане, где обычно и производилась эта процедура, «на завтреве, в 4 числе, Государю Царю и Великому Князю Михаилу Федоровичу всеа Руси от той болезни лекарь Вилим Крамер (Крамор) отво-

рял жилную; а в мыленке в те поры были доктуры Артман Граман да Яганус Белово». После кровопускания доктора назначили царю диету - «подали сказку, что после отворения кушать». Характерно, что «в полдни руда вешана, весом стало фунт без четверти (очевидно, 300 г. - М.М.): и тое руду, при боярине при Федоре Ивановиче Шереметеве, Иван Федоров Большой Стрешнев, выкопав в саду напротив комнаты ямку, положил в землю». После успешного (т.е. прошедшего без осложнений) кровопускания лекарь - хирург Вилим Крамор и доктора были щедро вознаграждены.

Кровопускание было излюбленным методом лечения самых разнообразных заболеваний, его в течение нескольких веков применяли в различных странах. Когда сиятельным особам, близким к царскому двору, требовалось произвести кровопускание или оказать какую-либо хирургическую помощь, им приходилось прибегать к услугам лекарей - либо зарубежных, служивших в Аптекарском приказе, либо своих, российских. Случалось, что хирургическое лечение производил и вовсе лекарь-самоучка - просто образованный, грамотный человек, наблюдавший, очевидно, не раз за действиями медиков.

Известно, например, что лекарь-самоучка (так он именовался в свидетельствах современников, хотя на самом деле это был купец Я.А. Строганов. - М.М.) лечил заволоками Бориса Годунова от ранений, нанесенных ему Иоанном Грозным в то время, когда он защищал от побоев царевича Иоанна. Лечение оказалось успешным, и царь в знак особенной милости дал Строганову право именитых людей называться полным отчеством.

Кстати, как свидетельствовал побывавший в России в конце XVI в. англичанин Д. Флетчер, Строгановым было у кого учиться хирургическому мастерству. «У них (у Строгановых. - М.М.) были свои лекаря, - писал Флетчер, - хирурги, аптекаря и всякие ре- месленники из голландцев и других иноземцев».

До нас дошли имена некоторых зарубежных хирургов, которые жили и работали в средневековой России в XVI-XVII вв. Это, например, лекарь и аптекарь Ричард Элмес, лекари Матвей Кинфин, Елизарий Ролонт, Ондрей Шниттер, некоторые другие. Все эти лекари подчеркивали свою «хирургическую специализацию» и всячески избегали конкуренции с докторами. Никаких сведений об оперативной деятельности иноземных лекарей-хирургов, об их вкладе в российскую хирургию, в том числе об обучении молодых российских медиков, не сохранилось, хотя когда их принимали на службу, особо оговаривалось, что и лекари-хирурги, и доктора должны были «учеников русских учить со всяким прилежанием, чему сами горазды».

Общий уровень медицины и хирургии в России в XVII в. не слишком отличался от стран Западной Европы. Взять, например, военно-полевую хирургию - практику лечения раненых воинов из стрелецких полков и наряда (артиллерии). Было заведено, что все они лечились и перевозились в своих обозах, а медицинскую помощь получали от находившихся здесь же, при войске, лекарей. Однако уже в начале XVII в. особые, так сказать, штатные, специальные войсковые лекари, занимавшиеся преимущественно хирургией, лечением ран и различных повреждений, состояли не при обозе, а были во многих полках русской армии. В первый раз полковой лекарь упоминается в 1615 г. в Разрядном приказе... Затем полковой лекарь встречается в штате иноземного полка, набранного в 1631 г. полковником Даммом в Германии. В конце XVII в. при походах выделялся уже особый санитарно-медицинский обоз. Например, в 1689 г. во время Крымского похода такой обоз состоял из 50-70 подвод. Врачей во время этого похода обязали находиться возле разрядного шатра, чтобы получать приказания, кому и где оказывать помощь.

Готовили лекарей, в том числе и хирургов, сначала по методу ремесленного ученичества - этим занимались и российские лекари, и иноземные медики. Желающих посвятить себя медицинской профессии направляли на обучение к опытному врачу; тот брал к себе «лекарских учеников» и в течение нескольких лет «выводил в люди». Изучение лекарского дела не ограничивалось занятиями у одного какого-нибудь врача: лекарский ученик часто переходил от одного учителя к другому.

О лекарях хирургического профиля, предназначенных для русского войска, заботились прежде всего Аптекарский и стрелецкие приказы. В 1654 г. при Аптекарском приказе была создана медицинская школа, где готовили первоначально лекарей и костоправов. Туда на лекарское и костоправное отделения набрали 30 стрельцов и стрелецких детей. В последующие годы школа готови- ла еще и лекарей чепучинного (по лечению сифилиса), очного и гортанного дела, а также аптекарей. Школа просуществовала несколько десятилетий и выпустила более 100 лекарей и лекарского дела учеников, восемь костоправов и шесть костоправного дела учеников. Впрочем, хотя эта школа и принесла отечественной медицине и хирургии несомненную пользу, все-таки идеализировать ее оснований нет, поскольку образование в ней носило ярко выраженный ремесленный характер и, скорее всего, не сопровождалось обучением у постели больного.

Преподавателями в Московской школе были не только доктора и лекари, но и специалисты-практики. Так, для тех, кто обучался здесь костоправному делу, в качестве руководителя был привлечен славившийся своим искусством костоправ-стрелец Первой Петров, который «по указу великого государя взят был из стрельцов... к костоправному делу в Аптекарский приказ». Под его руководством будущие лекари-костоправы обучались военной хирургии - «пульки вымали и раны лечили и кости ломаны правили».

Воспитанники лекарской школы уже вскоре получили войсковую практику. Одна из групп лекарских учеников под руководством лекаря по имени Юрий оказалась в полках воеводы Шереметева. Все они оказывали помощь раненым под Белой Церковью в январе 1655 г. Позднее, в марте 1655 г., все эти медики оказались в полку воеводы Бутурлина под началом другого лекаря - Василия Ульфова: «Велели лекарю Василью Ульфову учеников лекарскому делу учить с великим радением, чтоб они лекарскому делу были навычны; а лекарского дела учеником Ондрюшке Федотову с товарыщи велели сказать, чтоб они лекаря Василья Ульфова слушали и лекарскому делу учились с великим радением».

<< | >>
Источник: М. Б. Мирский. История медицины и хирургии. 2010

Еще по теме К культуре «нового времени»:

  1. Компоненты и функции культуры здоровья личности
  2. ЛЕКАРСТВЕННЫЕ РАСТЕНИЯ Нового СВЕТА и СТРАН ВОСТОКА
  3. НОВАЯ МЕДИЦИНА В НОВОЙ НАУКЕ
  4. Заключение
  5. Лекарственная помощь в историко-антропологической ретроспективе
  6. Этапы и регионы доколумбовой цивилизации Инки, майя, ацтеки Особенности и достижения древнеамериканской культуры (включая врачевание болезней и народную «фармакологию»)
  7. Введение ПРАКТИЧЕСКОЕ ВРАЧЕВАНИЕ И МЕДИЦИНСКАЯ НАУКА
  8. Эпоха Возрождения
  9. К культуре «нового времени»
  10. Моноклональные Т-клеточные рецепторы (мТКР) – основа к созданию нового класса «препарата–уничтожителя» раковых клеток
  11. Теоретические основы формирования педагогической культуры преподавателя военной кафедры
  12. Условия оптимизации педагогической деятельности преподавателя физической культуры
  13. Методики выявления уровня оптимизации преподавателей кафедры физической культуры военного авиационно-инженерного вуза