<<
>>

ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ПРОБЛЕМЫ СМЫСЛА ЖИЗНИ И АКМЕ

Чудновcкий Б.Э. (Москва)

Проблема оптимального смысла жизни*

В психолошческой литературе смысл жизни обычно характеризуют как феномен, обеспечивающий нормальную и продуктивную жизнь человека, утрата которого может иметь трагические последствия. К. Обуховский замечает: «Как свойством птицы является потребность летать, так свойством взрослого человека является потребность найти смысл своей жизни» (1972, с. 183). Б.С. Братусь (1988) пишет о смысле жизни как о насущной потребности, которая зиждется на фундаментальном противоречии между ограниченностью, смертностью индивидуального бытия и универсальностью родовой сущности человека.

В. Франкл (1990) рассказывает о группе студентов, совершивших (к счастью, неудачную) попытку суицида: большинство из них жили в хороших материальных и семейных условиях, не имели проблем в общении с окружающими, успешно учились. Но 85% представителей этой группы утратили смысл жизни. Найти, обрести смысл жизни - это как будто самая большая и самая высокая ценность, непременное условие человеческого счастья. Но этот поиск сложен, и результаты его далеко не всегда успешны. Прежде всего потому, что трудно отыскать смысл среди множества проявлений бессмыслицы жизни. Как часто человек задается вопросом: а вообще имеет ли жизнь смысл? Или: не есть ли жизнь просто бессмыслица, бессмысленный, никчемный процесс естественного рождения, расцвета, созревания и смерти человека как всякого другого органического существа? Заслуживает ли название жизни это бессмысленное чередование рождений и смертей, эта однообразная смена поколений? Последующие размышления при-водят к еще более фундаментальным вопросам: в чем смысл существования всего живого на Земле? В чем смысл существования Земли, Солнечной системы, Галактики? И наконец: в чем смысл всего?

Все большее распространение получает религиозная концепция смысла жизни: последний - в существовании божественной бессмертной души, в спасении человека путем обращения его к Богу, приближении к нему. Это большая проблема, имеющая многовековую историю, требующая специального обсуждения. Здесь я ограничусь указанием на вопрос, на первый взгляд наивный, а на самом деле затрагивающий самую суть данной концепции: если смысл жизни человека, его спасение в обращении к Богу, в приближении к нему, то почему на Земле пролито столько крови в религиозных войнах? Почему начиная от «святой» инквизиции и

до наших дней такое множество людей были лишены жизни от имени Бога? Как объяснить теперь уже доказанный факт, что террористы-смертники в подавляющем большинстве - религиозные люди, хорошо знающие Коран и убежденные в том, что, лишая жизни неверных (исповедующих другую религию), сделают богоугодное дело? Наконец, почему не могут договориться между собой церковные иерархи, даже принадлежащие к одной христианской религии? Ведь это люди, посвятившие себя служению Богу, сделавшие это смыслом своей жизни?

Ответ как будто прост и банален: они тоже люди и ничто человеческое им не чуждо. В том-то и дело! И проблема заключается в поиске ответа на вопрос: почему обращение к Всевышнему у разных людей имеет разную направленность и разные результаты? Почему один, обращаясь к Богу, становится настоящим подвижником, достигает высочайших вершин духовного развития? Почему другой вспоминает о Всевышнем лишь тогда, когда ситуация осложняется, обостряется и нужна немедленная помощь? Почему третий обращается к своему божеству за разрешением на кровавый террористический акт, в результате которого гибнут люди, в том числе и дети, только потому, что исповедуют другую религию?

Наверное, ответ на эти вопросы невозможен без дальнейшего серьезного продвижения в исследовании психического склада личности человека.

По-видимому, ответ на вопрос «в чем смысл всего?» человечество будет искать всегда.

Но в данном случае я отвлекусь от «вселенских» проблем смысла жизни и ограничусь рассмотрением его как психологического феномена, суть которого - отражение в сознании субъекта особенностей иерархии целевых установок его жизни и деятельности, ставших для него жизненно значимой ценностью чрезвычайно высокого порядка. Как помочь человеку обрести смысл жизни в строго определенных условиях его существования?

Человек - житель Земли, рядовой планеты Солнечной системы, и это накладывает определенные ограничения на его жизнь: законы движения небесных тел, космические лучи, активность солнца, извержения вулканов, землетрясения, наводнения, ураганы и т.д. и т.п. - все это так или иначе влияет на его судьбу. И нужно отыскать смысл человеческой жизни в рамках этого «космического» существования.

Природа создала человека биологическим существом, жизнь которого ограничена временными рамками. И с этим ничего нельзя поделать, хотя можно создать условия, при которых она удлиняется или укорачивается. Жизнь человека имеет свои возрастные этапы: детство, юность, молодость, зрелость, старость. Биологические и психофизио-логические факторы обусловливают своеобразие проявлений смысла жизни на каждом этапе, и нужно понять, «прочитать» это своеобразие.

Как уже отмечалось, принято считать, что наличие смысла жизни, стремление обрести его имеет, несомненно, позитивное значение для становления личности. Однако одна из основных характеристик этого психологического образования - его многозначность: «двоящаяся диалектика» жизни, соотношение, совмещение «позитива» и «негатива», «плюса и минуса» присущи и данному феномену. Парадоксальный факт: потеряв смысл существования, человек может лишить себя жизни, но, с другой стороны, он жертвует жизнью ради реализации определенного смысла жизни (другое дело - во имя чего приносится жертва).

Анализ показывает, что смысл жизни - не просто определенная идея, цель, убеждение. Это особое психическое образование, имеющее свое содержание и структуру. Обратимся в этой связи к этимологии понятия «смысл». Употребляя его, имеют в виду два значения: 1) суть, главное, основное в данном предмете, явлении; 2) личностную значимость для человека этой сути, этого главного, основного. Феномен смысла жизни включает в себя оба аспекта этого понятия. Таким образом, уже сама этимология указывает на наличие иерархии: суть, главное доминирует над неглавным, второстепенным. Но определение смысложизненной «доминанты» - лишь один аспект процесса поиска смысла жизни. Очень важно установить, насколько данная доминанта «продуктивна», в какой мере она способствует позитивному развитию личности. В этой связи целесообразно иметь в виду адекватность смысла жизни как одну из основных его характеристик. Мы выделили два признака адекватности смысла жизни:

«Реалистичность» смысла жизни, то есть соответствие смысла жизни, с одной стороны, наличным, объективным условиям, необходимым для его реализации, с другой - индивидуальным возможностям человека.

«Конструктивность» смысла жизни - характеристика, отражающая степень его позитивного (или негативного) влияния на процесс становления личности и успешность деятельности человека.

Поскольку (теперь это уже представляется бесспорным фактом) смысложизненные ориентации человека не исчерпываются одной, хотя бы и очень важной идеей, жизненной целью, а представляют собой структурную иерархию «больших» и «малых» смыслов, мы выделили и охарактеризовали различные типы структурных иерархий смысла жизни, различающиеся по уровню адекватности (Чудновский, 1999).

По мере того, как накапливался фактический материал по данной проблеме1, становилось резонным и целесообразным выделить еще одну

1 Отметим здесь две успешно защищенные диссертации - Т.В. Максимовой «Смысложизненные ориентации как фактор становления индивидуального стиля педагогической деятельности» и Е.А. Максимовой «Смысл жизни как фактор педагогического творчества», а также находящиеся сейчас в разработке диссертационные исследования Е.В. Мартыновой «Роль смысложизненных ориентации в профессиональной подготовке студентов педвузов», Е.В. Киселевой «Психологическая структура смысложизненных ориентации учителя», Л.И. Сутор-характеристику смысла жизни и ввести понятие «оптимальный смысл жизни». Дело в том, что в понятии «адекватность смысла жизни», соединяющем в себе его «реалистичность» и «конструктивность», главным является признак соответствия смысла жизни внешним и внутренним факторам. Но человек нередко действует не в рамках обычного «соответствия» - он максимально реализует свои возможности, достигая высоких результатов как в конкретной деятельности, так и в раскрытии собственной индивидуальности. В литературе этот факт описан как противопоставление «будничного» и «высшего» Я. Привыкая действовать на уровне будничного, «житейского» Я, он в большой мере оставляет нераскрытым психологический потенциал собственной индивидуальности (Бодалев, 1997). Оптимальный смысл жизни можно охарактеризовать как гармоническую структуру смысложизненных ориентации, существенно обусловливающую высокую успешность в различных областях деятельности, максимальное раскрытие способностей и индивидуальности человека, его эмоциональный комфорт, проявляющийся в переживании полноты жизни и удовлетворенности ею. Рассмотрим некоторые «составляющие» данного феномена.

«Ситуационный» аспект оптимального смысла жизни. Оптимальный смысл жизни, будучи динамической структурной иерархией, может существенно изменяться под влиянием ситуации, тех или иных условий. Жизнь сложна и порой преподносит сюрпризы, не всегда приятные. Серьезная болезнь, потеря близкого человека, резкое изменение социального статуса существенно меняют условия существования. Как в этой ситуации «не уронить себя», не потерять тот «стержень», который делал жизнь осмысленной? В годы Великой Отечественной войны рассказывали о лейтенанте, который в ужасных условиях окопной жизни носил на гимнастерке белый воротничок. И это не было капризом франта, оригинальничанием, стремлением выделиться. Белый воротничок был одним из «инструментов», помогающих сохра-нить свое достоинство, самоуважение, держать себя в постоянной мобилизационной готовности - и в какой-то мере это был вызов судьбе: нечеловечески трудная ситуация, постоянный, ежедневный и ежеминутный поединок со смертью не заставит меня сломаться. Я такой же, каким был вчера и каким буду завтра. Феномен «белого воротничка» был проявлением оптимального смысла жизни

Социальные катаклизмы, резкое изменение привычных стереотипов могут существенно сказаться на характере смысложизненных ориентации человека. Произошедшие в последнее время коренные социальные изменения в нашем обществе у многих вызвали психологический шок: «сломался» смысл жизни. Оказалось, что множество людей в течение многих десятилетий отдавали свои силы, энергию, саму жизнь ради цели призрачной, «декоративной», недостижимой. Жизнь поставила перед необходимостью пересмотреть сложившиеся взгляды и убеждения, выработать свое отношение к новой социальной ситуации. В этих условиях нередко проявляется «инертность» смысла жизни: последний, как мы полагаем, способствует становлению относительной независимости от обстоятельств, однако в данном случае происходит чрезмерная «эмансипация от них», отрыв от реальности. Человек становится рабом устаревшей идеи и основанной на ней жизненной цели. И трагедия не только в том, что идея устаревает. Еще трагичнее стремление всеми силами «защитить» ушедшее, всеми средствами реанимировать его, сделать возвращение прошлого смыслом своей жизни

Возрастной аспект оптимального смысла жизни. В настоящее время есть ряд публикаций, в которых затрагивается возрастной аспект смысла жизни, в том числе опубликованная Психологическим журналом интереснейшая работа Г.А.Вайзер (1998), в которой излагаются результаты экспериментального исследования особенностей становления смысла жизни в подростковом и пожилом возрасте. Автор получил данные о том, что периоды взросления и старости в современных условиях характеризуются «двойным кризисом» - возрастным и социальным, которые взаимодействуют и как бы накладываются один на другой. В настоящем сообщении нас интересует возрастной аспект именно оптимального смысла жизни. Можно полагать, что каждый возрастной период вносит своеобразный «вклад» в процесс поиска и становления оптимального смысла жизни. Разумеется, детство не является временем его активного поиска, тем не менее это период интенсивной под-готовки «психологической почвы», на которой затем происходит его становление. В работах Н.С. Лейтеса (1997) в свое время было убедительно показано, что раннее развитие способностей ребенка может в известной мере предопределить всю его дальнейшую жизнь, становление и реализацию его самой главной жизненной цели (Методика диагностики, 1997). Еще большее значение для выработки такой цели имеет раннее усвоение нравственности. Разумеется, такое усвоение может происходить не только с «положительным», но и с «отрицательным» знаком.

Подростковый возраст - время, когда происходит как бы «отмена» прежних ценностей и стремлений и «разравнивается площадка» для будущего «смыслостроительства»; время, когда сосуществуют парадоксально противоположные смыслы, время «конгломерата» смыслов, которые еще не стали устойчивой иерархией и, вместе с тем, существенно обусловливают характер дальнейшего «смыслостроительства».

Юность - период активного поиска именно оптимального смысла жизни, который осложняется одним парадоксальным обстоятельством: выбор главной линии жизни приходится на ту пору, когда у человека еще недостаточно жизненного опыта и знаний, а образовательный процесс в школе и вузе мало готовит молодого человека к ответственнейшему шагу - выбору «главной линии» своей жизни. Проведенное Т.В.Максимовой (2001) анкетирование молодых учителей показало, что более половины из них прежде не задумывались о смысле собственной жизни. Об этом свидетельствует и тот факт, что по данным специальных исследований значительное число студентов педвузов не планируют работать по специальности после его окончания. То есть имеет место диссонанс между смысложизненными ориентациями сту-дентов и направленностью их профессиональной подготовки. Аналогичные факты имеют место и в вузах другого профиля.

Зрелость - период стабилизации личности, период, когда уже накоплен значительный жизненный опыт и, вместе с тем, сохраняется достаточно далекая жизненная перспектива. Однако характер такой стабилизации существенно обусловлен своеобразием формирования смысложизненных ориентации на предыдущих возрастных этапах. В ряде случаев период зрелости может быть временем «ломки» смысложизненных ориентации и поиска нового жизненного смысла.

В этой связи можно выделить различные типы изменений смысло-жизненных ориентации на протяжении жизни человека:

- эволюционные, постепенные изменения, частично затрагивающие структуру смысложизненной иерархии, но не нарушающие ее основы, главного компонента иерархии. При этом видоизменяется, но не исчезает «главная линия» жизни;

- эволюционные изменения, постепенно приводящие к качественному преобразованию структурной иерархии смысла жизни;

- революционные изменения, крутые повороты в жизни человека, приводящие к «ломке» прежней структурной иерархии, что имеет два следствия:

а) создание иерархической структуры нового типа и появление новой «главной линии» жизни;

б) исчезновение иерархической структуры смысла жизни, замена ее «конгломератом» смыслов (Чудновсшй, 1999).

По-видимому, одним из условий становления оптимального смысла жизни является наличие «сквозной линии жизни», в той или иной форме проходящей через все возрастные этапы, изменяющейся в деталях, второстепенных звеньях структурной иерархии и не затрагивающей ее основы. Вместе с тем, следует подчеркнуть относительность этого условия. «Сквозная линия» жизни может содержать в себе и деструктивные тенденции, которые в конце концов приводят к осознанию неадекватности смысла жизни и потере жизненной перспективы.

Старость. Остановлюсь более подробно на этом периоде по двум причинам. Во-первых, потому, что сам нахожусь на этом возрастном этапе, а это делает возможным использование результатов «самоисследования». Во-вторых, потому, что старость - совершенно особый период в жизни человека. Можно возразить, что каждый возраст имеет свои неповторимые особенности. Да, но старости присущи особые уникальные черты, не характерные для всех предыдущих возрастов.

Прежде всего, это период, когда процессы инволюции становятся ярко выраженными и начинают преобладать в жизни и деятельности человека.

С этим связаны существенные изменения в психической жизни человека, в частности, изменения в его самооценке, преимущественно в сторону ее снижения. В отличие от всех других возрастов, для которых характерна тенденция развития, когда человек больше приобретает, чем теряет, в старости преобладающими становятся потери. Человек фиксирует в своем сознании, что сегодня он уже не может сделать то, что делал вчера, и резонно полагает, что завтра эта тенденция продол-жит свою разрушительную работу.

Для старости характерен все более суживающийся круг общения. Уходят близкие, родные, друзья, коллеги. Для научного работника особое значение имеет уход крупных ученых-исследователей, труды которых и непосредственное общение с которыми составляли существенную часть его собственной жизни и способствовали становлению его смысложизненных ориентации. При этом каждое такое печальное событие - не просто потеря, но и напоминание о приближающемся финале жизни.

Разумеется, характерным признаком старости является ожидание такого финала. Конечно, оно имеет место и в других возрастах. Даже маленький ребенок интуитивно в какой-то мере осознает этот факт, хотя, будучи не в состоянии понять и осмыслить его, старается как бы отодвинуть его на «край сознания», сосредоточившись на более оптимистическом отношении к жизни, своей и своих близких: «Пусть всегда будет солнце! Пусть всегда будет мама! Пусть всегда буду Я!»

С возрастом мысль о конечности человеческой жизни все более оформляется. Подкрепляясь множеством жизненных впечатлений, она проходит красной нитью через все возрастные этапы. Впрочем, одновременно развивается и возникшая еще в детстве способность отвлекаться от этого факта, запрятывать его в глубины своего сознания, прикрывая массой дел и забот, печалей и радостей. И только в старости мысль о конечности жизни как бы встает во весь рост, становится актуальнейшим вопросом «текущей» повестки дня. С.Л. Рубинштейн (1973, с. 354-355), раскрывая диалектику жизни и смерти, писал: «В силу смерти жизнь есть нечто, в чем с известного момента ничего нельзя изменить. Смерть превращает жизнь в нечто внешне завершенное и ставит, таким образом, вопрос о ее внутренней содержательности. Жизнь человека в силу факта смерти пре-вращается в нечто, чему подводится итог». Но для человека важен не только факт наличия смерти, но и ожидание ее, осознание ее неотвратимости, неизбежности приближающегося конца. Это побуждает человека подвести итог собственной жизни. С этой точки зрения в данном возрастном периоде возникает наиболее благоприятная психологическая почва для проявления такого качества смысложизненных ориентации, как осмысленность жизни.

Вместе с тем, в старости обычно происходят негативные изменения в «смыслостроительстве»: ухудшающееся здоровье, ослабление ряда психических функций, «укорочение», а то и исчезновение жизненной перспективы имеют своим следствием распад структуры смысложизненных ориентации на ряд отдельных, ограниченных и приземленных жизненных смыслов. Возникает нечто подобное «конгломерату» смыслов, характерному для подростка.

Если говорить об оптимальном смысле жизни в этот период, то он может быть выражен краткой формулой: «Отступать медленно, организованно, с боями». Да, старость - отступление. Но отступать можно по-разному. Это может быть паническое бегство, которое лишь ускоряет разрушительные процессы, или медленное отступление опытного полководца на театре военных действий: да, ситуация чрезвычайно сложна, «противник» наступает по всему фронту, то в одном, то в другом месте возникают «прорывы», куда нужно бросить «резервы», которых все меньше. И может быть, оптимальный смысл жизни в этих условиях - разумно организовать сопротивление негативным обстоятельствам, не только отстаивать «каждую пядь земли», но и время от времени переходить в контратаки. Нужна «перегруппировка сил», психологическая перестройка, выработка нового отношения к окружающему и к собственной личности.

Такая перестройка включает в себя не только учет негативных факторов, присущих данному периоду, но и «настройку» на его позитивные возможности: возможность «целостного» отношения к собственной жизни с высоты накопленного опыта и знаний и вследствие этого восприятие конкретных обстоятельств, успехов и неудач в свете такого целостного отношения к жизни; качественные изменения в переживании успехов, которые все в большей мере становятся результатом победы над собой, а значит, результатом самосозидания; возможности по-новому воспринимать жизнь именно потому, что приближается ее финал: как в детском возрасте свежесть и острота восприятия обусловлены тем, что ребенок только знакомится с миром, так в старости своеобразие и содержательность восприятия мира обусловлены приближением расставания с ним.

К сожалению, в старости более остро воспринимаются и неудачи. И в этой связи становятся особенно актуальными тщательность и продуманность действий, воспитание «мобилизационной готовности» к неожиданным сюрпризам жизни. Феномен «белого воротничка» чрезвычайно актуален в данных обстоятельствах: стремление соответствовать максимально возможному в данных условиях уровню жизнедеятельности, быть в согласии с самим собой, как можно дольше не снижать требований к себе, - пожалуй, это и есть основная составляющая оптимального смысла жизни в данный период.

Психологической перестройке в этом возрасте может способствовать и качественное изменение жизненной перспективы. Выскажу парадоксальную мысль: жизненная перспектива на склоне лет увеличивается. Прежде она была крепко привязана к настоящей, сегодняшней действительности - к наличным социальным и иным обстоятельствам, к собственным возможностям, наконец, - к состоянию здоровья. Выйдя на финишную прямую жизни, мы уже не можем видеть себя в будущем (за исключением ближайшего завтра). Однако «опережающее отражение», обращенность в будущее - слишком значимое свойство че-ловеческой природы. И вот происходит метаморфоза, изменение качества жизненной перспективы. Жизнь человека в будущем все больше замещается тем, что связано с ним, но уже не является им самим -дети, внуки, правнуки, ученики, последователи, дело, которое, воз-можно, будет продолжаться. Это его опора. Сюда постепенно «перетекает» смысл жизни. Подготовка к старости, отношение к ней как к периоду, который важен не только сам по себе, но который «венчает» жизненное пространство личности - значимая составляющая структурной иерархии оптимального смысла жизни человека.

Оптимальный смысл жизни и проблема инвалидности. Как ясно из сказанного, каждый возрастной период характеризуется не только особыми возможностями, но и «ограничительными рамками», которые в той или иной мере накладывают свой отпечаток на ход «смыслостроительства» и обусловливают своеобразие становления оптимального смысла жизни. Еще более отчетливо этот факт выступает в проблеме инвалидности. «Я всегда самоопределялся как личность вопреки своему “врагу” - слепоглухоте, - пишет А.В. Суворов (подчеркнуто мной. - Б.Ч.). - И если в какой бы то ни было степени удалось добиться духовной и душевной “зрячеслышести”, духовной и душевной нормальности - оставаясь, разумеется, физически слепоглухим, - то это результат именно учета слепоглухоты. Враждебно-пристального постоянного ее исследования, а никак не игнорирования, не попыток “за-быть” о ней» (Суворов, 2001, с. 134). В этих размышлениях отчетливо выступает проблема соотношения двух феноменов дефекта и личности, соотношения сложного и неоднозначного. В работах, описывающих пациентов, страдающих логоневрозом (Некрасова, 1997; Карпова, 1997), была хорошо показана негативная сторона такого взаимодействия: нарушенная речь при логоневрозе - лишь «верхушка айсберга». Тяжесть дефекта не только, а во многих случаях - не столько в нем самом, сколько в том, что он своими корнями «прорастает» в личность, изменяя, деформируя ее. Дефект и деформированная им личность «соединенными усилиями» усугубляют картину болезни и обусловливают трудности ее лечения.

В указанных работах фактически была создана модель личностного подхода к проблеме социореабилитации и устранения дефекта. Суть этого подхода в том, чтобы разрушить «негативный тандем», компоненты которого усиливают друг друга, отягощая картину болезни, и заменить его «позитивным тандемом», в котором личность становится союзником психотерапевта, во многом определяя эффективность процесса социореабилитации.

Тактика создания такой модели включала в себя три этапа: 1) отказ от «портрета болезни», который возникает у пациента и представляет собой навязчивую рефлексию по поводу дефекта; 2) замена «портрета болезни» «портретом неповторимости», то есть создание представления о своеобразии и богатстве индивидуальности каждого пациента, его безусловной самоценности - таким образом, создаются условия для раскрытия его индивидуальности; 3) возникновение на этой основе «портрета здоровья», который становится личностно принятой целью процесса лечения и способствует превращению его в сотворчество пациента и психотерапевта. Таким образом, создаются условия для переосмысления пациентом своих личностных проблем и подготовки «психологической почвы» для нового смысла жизни. Фактически главная особенность данного подхода - в максимальном раскрытии индивидуальности человека и ориентации его не просто на новый смысл, а на становление именно оптимально возможного в данных условиях смысла жизни.

Показательна цель, которую ставит психотерапевт перед пациентом: «Ты можешь и должен стать оратором». Заметим: не просто устранить дефект, не просто приобрести нормальную, свободную речь, но максимально реализовать свои возможности и выйти на уровень, существенно превосходящий «норму».

Этот принцип отчетливо выступает в трудах и в жизни А.В. Суворова. И дело не только в том, что он, находясь в экстремальной ситуации слепоглухоты, стал доктором, профессором, членом ряда академий, и даже не только в том, что он написал много прекрасных книг. Главное, что он достиг высочайшего уровня развития личности, и прежде всего потому, что видел смысл своего существования в максимально полноценной жизни, несмотря на тяжелую инвалидность: «Что поделать, если я с детства не вижу и не слышу, или не могу ходить, или у меня порок сердца или еще что. Так уж вышло, с этим жить. И жить не абы как, не прозябать, а именно жить, максимально полноценно с учетом вот этой экстремальной ситуации - той или иной инвалидности» (Суворов, 2001, с. 170).

Благодаря такому отношению к собственной жизни он смог достичь высшего уровня социореабилитации, на котором происходит не только нейтрализация, компенсация дефекта, но сам дефект становится «союзником» человека, начинает служить ему. Так ситуация слепоглухоты становится фактором, способствующим глубокой концентрации внимания в исследовательской деятельности и в области самоисследования, в организации того «уединенного труда души», без которого, как подчеркивает автор, не может быть творчества и самосозидания (там же, с. 162-170).

Личностный подход к дефекту является ключом к решению проблемы инвалидности, а концентрированным выражением такого под-хода является построение оптимального в данных условиях смысла жизни.

Оптимальный смысл жизни и профессиональная деятельность. Профессиональная деятельность - одна из наиболее значимых ценностей человека - является существенным компонентом структуры его смысложизненных ориентации. Достаточно упомянуть о том, что окончание профессиональной деятельности и уход на пенсию во многих случаях переживаются как личная трагедия, связанная с потерей смысла жизни, что имеет далеко идущие последствия: есть целый ряд данных о том, что окончание профессиональной деятельности человека приближает конец и его физического существования. Вместе с тем, как показывают экспериментальные исследования (Максимова, 2001), профессиональная деятельность может занимать разное место в структуре смысложизненных ориентации. Она может быть ее ведущим компонентом и составлять главный смысл существования; в других случаях профессиональная деятельность, не являясь главным смыслом жизни, вместе с тем может быть достаточно «весомым» компонентом его структурной иерархии; наконец, профессиональная деятельность может быть «периферическим» ее компонентом. В упомянутом исследовании было показано, что существует связь между указанной градацией и особенностями проявления индивидуальности человека. Вот строки из сочинения молодой учительницы: «Чтобы добиться успеха в профессиональной деятельности, нужно найти в ней нечто, близкое своей индивидуальности». Действительно, как показали результаты монографического изучения отдельных учителей, в тех случаях, когда профессиональная деятельность занимает значимое место в структуре смысложизненных ориентации, происходит как бы сближение, соединение требований профессии и проявлений индивидуальности. Последняя «раскрывается» навстречу профессии и ее требованиям; с другой стороны, про-фессиональная деятельность, вбирая в себя неповторимые индивидуальные черты профессионала, выходит на более высокий уровень мастерства. Профессия и индивидуальность как бы сливаются в одно целое. (Из интервью с известным актером А. Джигарханяном: «Я занимаюсь любимым делом, а мне за это еще и деньги платят».) По-видимому, эта взаимообусловленность, взаимодополнение профессиональной деятельности и индивидуальности - значимый фактор становления оптимального смысла жизни.

Если профессиональная деятельность занимает периферическое место в структуре смысложизненных ориентации, нередко возникает диссонанс между требованиями профессии и проявлениями индивидуальности. Последняя не справляется с требованиями профессии, либо их реализация сопровождается чрезмерным напряжением сил и так называемым эмоциональным выгоранием.

Следует отметить наличие связи между оптимальным смыслом жизни и творческим отношением к профессиональной деятельности. В проведенном под нашим руководством исследовании Е.А. Максимовой (изучалась роль смысложизненных ориентации в педагогическом творчестве) было установлено, что группа творчески работающих учителей имеет существенно лучшие показатели осмысленности жизни по тесту Д.А. Леонтьева (1992). С повышением уровня педагогического творчества повышается и «статус» педагогической профессии в структуре смысложизненных ориентации учителя, а в своих высших проявлениях профессиональное творчество становится ведущим компонентом смысложизненных ориентации (Максимова, 2001). Были разработаны экспериментальные модели «творческого» и «нетворческого» учителя, выступающие как определенная совокупность свойств, отражающих особенности его смысложизненных ориентации, профессиональных качеств и эмоционального состояния. Учителя-«творцы» поиному воспринимают и осмысливают «пространство» собственной жизни, на-стоящей, прошлой и будущей. «Желаемый» возраст для них соответствует настоящему (в то время как представители других групп боятся или стесняются своего возраста, им хотелось бы быть моложе); они получают удовлетворение от самого процесса жизни и ценят каждый ее этап. В отличие от других учителей, которые хотели бы поскорее уйти на пенсию, творческие педагоги готовы заниматься профессиональной деятельностью до самого конца своей жизни. Графический тест «Пространство моей жизни» (разработанный Е.А. Максимовой), совмещенный с тестом Люшера, показал, что в отличие от нетворческих учителей у «педагогов-творцов» с возрастом увеличивается количество и разнообразие цветовых оттенков, что свидетельствует о более оптимистическом восприятии жизни. По тесту «Уровень жизненной удовлетворенности» представители этой группы более чем в два раза превосходят показатели «нетворческих» учителей.

Обобщая эти данные, можно сделать вывод о том, что сущность оптимального смысла жизни - в органическом сочетании удовлетворяющей человека жизненной цели и удовлетворения, получаемого от самого процесса ее реализации, от «сегодняшних ее результатов». Сиюминутные результаты профессиональной деятельности работают на жизненную перспективу, а последняя освещает светом особого смысла непосредственные дела сегодняшних дней.

Наконец, следует отметить особую роль «экстремальных» профессий в становлении оптимального смысла жизни. Были получены данные о том, что «экстремальность» профессии (изучались особенности смысложизненных ориентации у работников ГИБДД) может способ-ствовать формированию философского отношения к жизни, более глубокому пониманию жизненных ценностей, стремлению к самосовершенствованию (Чудновский, 2001). Рамки, ограничения, накладываемые профессиональной деятельностью, ее сложность и напряженность, порой связанная с риском для жизни, могут быть фактором становления оптимального смысла жизни.

Оптимальный смысл жизни и проблема активнопреобразуюшего поведения. Естественно, смысложизненные ориентации должны быть адекватны тем ситуациям, тем реальностям и обстоятельствам, в которых живет человек. Однако часть обстоятельств, и очень значительную часть, составляют те обстоятельства, которые созданы им самим, или являются результатом его деятельности. Здесь возникает проблема устойчивости личности, проблема устойчивости человека перед лицом неблагоприятных обстоятельств, его способности противостоять им и преобразовывать их. Устойчивость личности не есть пассивная, статичная устойчивость, она не результат пассивного приспособления к обстоятельствам, но следствие их активного преобразования (Чудновский, 1981), результат способности человека самому создавать благоприятные условия для реализации своей главной жизненной цели.

Здесь нельзя обойти молчанием тот факт, что в нашем обществе в течение многих десятилетий не стимулировалась активно-преобразующая деятельность человека, что особенно характерно для периода «застоя», суть которого не только в торможении и остановке экономического развития страны, но и в воспитании у миллионов людей пассивно-приспособительного поведения. Тоталитаризм создает удобную для себя стратегию воспитания, для которой характерны механистичность (социальные воздействия якобы непосредственно и сразу проецируются на ребенка), недооценка природных предпосылок развития ребенка (напомним пресловутое постановление «О педологических из-вращениях в системе наркомпросов» от 4.07.1936), умаление роли субъективного начала в воспитании2 (Чудновский, 1997). Сама направленность общественной жизни, ее правила и установки стимулировали развитие пассивно-приспособительного поведения. Люди старшего поколения помнят, как проходили выборы в органы государственной власти: бюллетень, в котором был лишь один кандидат, две кабинки для тайного голосования, одиноко стоявшие вдалеке, ибо считалось проявлением нехорошего тона заходить в кабину, и вся «активность» избирателя осуществляющего свой гражданский долг, заключалась в том, чтобы получить бюллетень и положить его в урну. Выборы сводились к этой пассивной функции, хотя отрицательные данные об «активности» избирателей приближались к 100%.

Это было время, когда человек получал указания не только о том, как выполнять производственные задания, где и когда сеять и собирать урожай, но и как мыслить. «Тоталитарный социализм» был благоприятной психологической почвой для формирования человека с психологией «винтика» государственной машины. «Винтику» полагалось выполнять лишь строго ограниченные производственные и социальные функции, поддерживая официальную идеологию, приспосабливая свои оценки, мнения и убеждения к установкам директивных органов3.

Резкое изменение социальной ситуации в последние 15 лет принесло с собой не только гласность, свободу мнений и убеждений, но и

2 Была и другая тенденция, которая формировалась под влиянием идей и педагогической практики А.С. Макаренко и воплощалась в создании воспитательных стратегий, альтернативных «официальной» направленности воспитания.

3 В последнее время оживленно обсуждается вопрос о вине старшего поколения за прошлое. Что сказать по этому поводу? Да, в истории нашей страны были ужасные периоды сталинских репрессий, попрания элементарных человеческих прав, периоды «застоя» и формирования человека с психологией «винтика». И все же неправомерно бороться с большевизмом большевистскими методами, неправомерно полностью перечеркивать прошлое, не учитывая его сложности и неоднозначности. Что касается вины старшего поколения, то не будем забывать, что это было поколение, отдавшее миллионы жизней победе над фашизмом, создавшее мощную промышленность, добившееся больших успехов в развитии образования, науки, в освоении космоса. Другое дело -трагедия старшего поколения, состоявшая в том, что миллионы людей искренне верили в «светлое будущее» и отдавали силы, энергию, а иногда и саму жизнь ради достижения иллюзорной цели. Вместе с тем, вопрос об определенной вине старшего поколения, о его пассивном «непротивлении злу», о чрезмерной податливости прямолинейной политической пропаганде, по-видимому, должен стоять в «повестке дня» как гарантия от рецидива «тоталитарного социализма».

свободу предприимчивости, предпринимательства. Мы оказались внутренне неподготовленными к этим переменам. Это проявилось, в частности, в односторонней направленности предпринимательской деятельности, которая в основном имеет своей целью изменение внешних условий и достижение материального благополучия, а не изменение «внутренних» условий, не изменение себя, не самосозидание. Стал увеличиваться диссонанс между свободой и нравственностью.

Оптимальный смысл жизни и проблема нравственности. Известен парадоксальный факт: устойчивость не есть полная независимость от обстоятельств. Наоборот, она связана с укреплением зависимости, но от «более отдаленных факторов». Применительно к устойчивости личности это означает укрепление зависимости от факторов, выходящих за пределы личности, ее непосредственных узколичных интересов и потребностей (Чудновсшй, 1981). Здесь прежде всего имеется в виду зависимость от нравственных ориентиров. В годы «застоя» за нравственностью следили партийная, комсомольская, профсоюзная организации. Нарушение нравственных норм было чревато соответствующим наказанием. Такое положение вещей мало стимулировало воспитание «внутренней», то есть подлинной нравственности.

Не нужно доказывать, что опора на «нравственные инварианты» имеет непосредственное отношение к проблеме смысла жизни, в том числе - оптимального смысла жизни. При этом следует подчеркнуть значение именно общечеловеческой нравственности, которая кристаллизует в себе конденсаты многовековой исторической памяти (Дробнищий, 1974). Именно общечеловеческая нравственность, ориентированная на «наиболее отдаленные факторы» и проявляющаяся в способности человека «выйти за пределы» не только собственной личности, но и группы, класса и т.д., к которым он принадлежит, - создает «первооснову» оптимального смысла жизни. Проблема общечеловеческой нравственности стала особенно острой в связи с распространением такого явления, как терроризм, который создает угрозу для самого существования человечества. Как ни парадоксально это может казаться на первый взгляд, психология террориста основана на некоторых нравственных инвариантах: террорист служит определенной идее, которая становится для него смыслом жизни, а террористический акт - способом его реализации; он выходит «за пределы» собственной личности и отдает свою жизнь, реализуя (как ему представляется) интересы «единоверцев»; наконец, он не сомневается, что совершает богоугодный, а следовательно, нравственный поступок.

Вспомним теорию превосходства арийской расы и гибель миллионов невинных (Освенцим, Дахау, Бабий Яр и т.д.), теорию классовой борьбы, ставящую представителей одного класса над другим, и репрессии против миллионов опять же невинных людей, проповедь единственно «подлинной» религии и борьбу против «неверных», вина которых лишь в том, что они принадлежат к другим религиозным конфессиям. Вспомним 11 сентября 2001 года! Во всех этих случаях действия основываются на ущербной, «частичной» нравственности, ставящей одну группу людей над другой. Нужна нравственность, ориентированная на «наиболее отдаленные факторы», нужны общечеловеческие нравственные законы. Нужны нравственные законы Земли, стоящие над партиями, идеологиями, нациями и вероисповеданиями. И нужна система, которая обеспечит реализацию таких законов, которая будет воспитывать «антитеррориста» с грудного возраста, а не тогда, когда сформировались и укоренились личностные установки, впитанные с молоком матери. Создание такой воспитательной системы более необходимо, чем развитие оборонной промышленности, сельского хозяйства и даже информации и информационных технологий. В противном случае некого будет защищать, некого кормить и не с кем общаться. Несомненно, что непосредственное участие в создании, отработке и функционировании такой системы - одна из главных составляющих оптимального смысла жизни.

<< | >>
Источник: Под ред. А.А. Бодалева, Г.А. Вайзер, Н.А. Карповой, В.Э. Чуковского. Смысл жизни и АКМЕ: 10 лет поиска. 2004

Еще по теме ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ ПРОБЛЕМЫ СМЫСЛА ЖИЗНИ И АКМЕ:

  1. Учитель о смысле жизни и акме человека в современном обществе
  2. Динамика представлений о смысле жизни и акме студентов в период обучения в вузе
  3. Смысл жизни, АКМЕ И ПРОФЕССИОНАЛЬНАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
  4. Смысл жизни и АКМЕ -ВОЗРАСТНОЙ АСПЕКТ
  5. СООТНОШЕНИЕ КАТЕГОРИЙ СМЫСЛА жизни и АКМЕ с другими понятиями
  6. Под ред. А.А. Бодалева, Г.А. Вайзер, Н.А. Карповой, В.Э. Чуковского. Смысл жизни и АКМЕ: 10 лет поиска, 2004
  7. Проблема смерти и бессмертия в контексте смысла жизни
  8. Кризис 30 лет. Проблема смысла жизни
  9. СМЫСЛ ЖИЗНИ как объект психологического исследования
  10. Смысл жизни: становление, динамика, выбор
  11. О выборе смысла жизни в современную эпоху
  12. Смысл жизни и профессиональная деятельность педагога
  13. О смысле ЖИЗНИ И РЕМОНТЕ
  14. «Смысл жизни» в ипостаси античной добродетели
  15. В. ФРАНКЛ И СМЫСЛ ЖИЗНИ
  16. СМЫСЛ ЖИЗНИ И ценности детей группы риска
  17. Влияние самооценки на процесс становления смысла жизни старшеклассников
  18. Эмпирическая типология смыслов жизни в США и России
  19. Страх человека перед смертью и смысл жизни