Марта: пример управляемого синтеза

Марте, пациентке с РДИ, 48 лет. Ее случай может служить примером того, как терапия легко переходит от первой фазы ко второй, когда пациент готов к этому. В описании этого случая приведены также примеры использования образов в трансовых техниках. Первая фаза терапии была отмечена укрепле­нием рабочих отношений между терапевтом и пациенткой, а также ростом со­трудничества между диссоциативными частями личности пациентки. Следуя рекомендациям терапевта, диссоциативные части создали образы безопасно­го места, где они в случае необходимости могли найти убежище, и помеще­ний для встреч, в которых они собирались дважды в день, чтобы планировать предстоящие дела и подводить итоги дня, не касаясь при этом травматичес­ких воспоминаний.

Однажды Марта должна была пройти медицинское обследование, которое предполагало довольно неприятные процедуры. Во время одной из этих про­цедур произошла реактивация травматических воспоминаний Марты о же­стоком насилии, жертвой которого она стала когда-то в прошлом, и Марта сбежала из врачебного кабинета, не закончив обследования. Терапевт предло­жил АЛ Марты представить себе ворота между внутренним и внешним миром. Затем он спросил диссоциативные части, кто из них мог бы присутствовать на медицинской процедуре, назначенной на следующую неделю, обращаясь главным образом к тем диссоциативным частям, которые обладали для этого достаточным психическим уровнем. Когда «состав участников» похода к врачу определился, терапевт предложил остальным частям потренироваться в ис­пользовании образа звуконепроницаемых ворот. Они должны были научиться оставаться за этими воротами во время процедуры. Следуя совету терапевта, Марта каждый день посвящала 20 минут работе с этой метафорой. Терапевт и Марта также определили, что может послужить сигналом, возвещающим о том, что части, скрывшиеся за воротами, могут покинуть убежище и возоб­новить контакт с внешней реальностью и с другими частями. На следующем после визита к доктору сеансе Марта рассказала, что никогда еще не была так спокойна на медицинских процедурах подобного рода.

Этот корректирующий опыт был использован и при работе с травматичес­кими воспоминаниями Марты. Терапевт объяснил, почему некоторые части могут нуждаться в защите во время проработки травматических воспоми­наний, активация которых все еще опасно дестабилизировала функциони­рование пациентки, а также какие меры предосторожности буду при этом соблюдаться. Три части, хранящие воспоминания об особенно тяжелом трав­матическом опыте, и две помогающие части встретились во внутренней «зву­конепроницаемой комнате» и поделились друг с другом фактами, относящи­мися к травматическому событию. Дома Марта составила список из четырех наиболее болезненных моментов, патогенных ядер, которые она обсудила с те­рапевтом на следующей сессии. Однако части, которые не обладали достаточ­ной способностью к интеграции, не принимали участия в этом обсуждении.

Объяснив еще раз процедуру управляемого синтеза, терапевт пригласил к участию в ней пять частей личности Марты, вовлеченных во внутренний диалог о пережитой травме, тогда как остальным было предложено оставать­ся в надежном убежище за внутренними воротами. Терапевт попросил тех, что остались в укрытии, поддерживать с ним контакт и в том случае, если по­надобится перерыв, дать сигнал поднятием руки. Затем он зачитал описание первого патогенного ядра и начал отсчет от 1 до 5, с каждым счетом обращаясь к диссоциативным частям с призывом поделиться друг с другом доступными той или иной части аспектами этого опыта, чтобы из разных аспектов пере­живания они составили «одно целое». На счет «пять» терапевт остановил син­тез и попросил Марту проделать дыхательные упражнения, чтобы «все части дышали в унисон». Следующий цикл синтеза начался после того, как Марта почувствовала, что она готова продолжать работу. Терапевт спросил, следу­ет ли ему еще раз прочитать тот же текст или он может перейти к следующему. Так вся процедура направленного синтеза, которую пациентка восприняла как очень интенсивную работу, заняла примерно 15 минут. После завершения синтеза терапевт попросил Марту оценить в процентном отношении объем травматических воспоминаний, которые подверглись проработке и стали об­щим достоянием тех частей, которые приняли участие в этой процедуре. Отве­том было: «Все». После этого терапевт предложил пациентке мягкие трансовые техники, которые помогли ей снять избыточное напряжение и почувствовать себя в норме.

ВНЛ Марты и те части, которые были активны во время сессии, были под сильным впечатлением от проделанной работы: ее объема, интен­сивности и того, как они с ней справились.

Следующая сессия была посвящена когнитивной интеграции прошлой сессии синтеза и травматическому воспоминанию, для которого, по словам Марты, все еще требовалось найти «место в системе». Однако Марте потребо­валась краткая госпитализация после сеанса синтеза, поскольку переживания, связанные с воспоминанием, оказались слишком тяжелыми. Это оказалось неожиданностью для терапевта. После краткого возвращения на первую фа­зу, спустя месяц, была проведена еще одна процедура управляемого синтеза, после которой Марте опять понадобилась кратковременная госпитализация. Терапевт был поражен тем, что паттерн повторился, и обратился к пациент­ке с вопросом, почему каждый раз после успешного синтеза травматические воспоминания у нее происходит столь резкое ухудшение состояния. Тогда од­на из АЛ призналась, что участвующие в процедуре синтеза части «соблазни­ли» остальные части, скрывшиеся за звуконепроницаемыми воротами, «под­слушать» то, что происходило на сессии, оправдывая это тем, что так будет лучше для последующей реализации. Однако то, что услышали прятавшиеся части, оказалось для них невыносимым, что и приводило каждый раз к гос­питализации. Таким образом, от терапевта была скрыта коммуникация, в ко­торой диссоциативные части, участвовавшие в синтезе, передавали знания о травматическом опыте, полученные при процедуре управляемого синтеза, тем частям, которые скрывались в это время за закрытыми «воротами». Эта внутренняя коммуникация имела большое значение для хода терапии и со­стояния пациента. Данный эпизод также служит иллюстрацией того, как мо­жет ошибаться пациент в целом в оценке своего психического уровня, пере- или недооценивая его, если эта оценка основана на субъективном восприятии своего психического уровня наиболее активных частей, принимающих не­посредственное участие в терапии. Только время может показать, насколько будут успешны синтез и реализация у данного конкретного пациента. К счас­тью, Марте удалось найти приемлемое решение для того, чтобы продолжить терапию.

После нескольких циклов, когда успешные сессии, посвященные синте­зу, сменялись сессиями, на которых пациент и терапевт вновь возвращались к задачам первой фазы терапии, пациентка сделала в своем дневнике запись, отметив, что она научилась регулировать свои собственные переживания:

Теперь мы1 собираемся вместе в звуконепроницаемой «комнате» задолго до сессии синтеза (то есть за одну-две недели) и обсуждаем предстоящую работу с теми частями, которые хотят поделиться травматическими вос­поминаниями. Потом мы создаем полупроницаемую перегородку («мем­брану») между собой и теми частями, которые не собираются принимать участие в синтезе. Так, мало-помалу, капля за каплей, подобно осмосу, зна­ние о проработанном травматическом опыте распространяется по всей системе, доходит и до тех, других частей, у которых теперь появилась луч­шая возможность получать и усваивать эти знания. Так как мы не пред­лагаем им выпить сразу полную чашу горькой правды, то все протекает более или менее спокойно и у нас больше нет необходимости для новых обращений в кризисный центр.

1Диссоциативные части личности Марты. - Прим. пер.

Продолжение проработки травматических воспоминаний стало возможным благодаря тому, что пациентка нашла свой темп в этом процессе, что позво­лило ей избежать повтора кризисных состояний, сохраняя внутреннее равно­весие тех частей ее личности, которые обладали ограниченным психическим уровнем и для которых потребовались более медленные синтез и реализация травматического опыта. Впоследствии Марта отмечала, что сессии, посвящен­ные управляемому синтезу, все меньше и меньше отличались от «обычных» сессий. Пациентке удалось совершить прорыв в решении сложной задачи син­теза и реализации травматических воспоминаний благодаря тому, что она смогла регулировать свое внутреннее состояние, после того как она нашла индивидуальные формы и темп проработки травматических воспоминаний. Чередование интервенций второй и первой фазы пошло ей на пользу и сопро­вождалось существенным улучшением качества ее жизни.

<< | >>
Источник: Ван дер Харт. Призраки прошлого. Структурная диссоциация и терапия последствий хронической психической травмы. 2013

Еще по теме Марта: пример управляемого синтеза:

  1. ДЕНЬ 8 МАРТА
  2. Сирс Марта и Уильям.. Грудное вскармливание, 2008
  3. Режимы управляемой вентиляции
  4. Управляемая гипотермия.
  5. Управляемая механическая вентиляция (ИВЛ, CMV)
  6. Управляйте проектами
  7. Как управлять своим вниманием
  8. Почему человек должен управлять собой?
  9. ПРОБА С ГЛУБОКИМ УПРАВЛЯЕМЫМ ДЫХАНИЕМ
  10. Синтез вірусних білків
  11. Нарушение синтеза белков
  12. Искусственная вентиляция легких с управляемым давлением и заданным объемом и программа "ауто-флоу"