Смотри, что с нами делает химия и жизнь

Табачный куст накапливает у себя в листьях никотин во все не для того, чтобы сделать гадость человеку. Задача в том, чтобы сделать гадость насекомым. Никотин - это эффектив­ный инсектицид, и именно поэтому мутации, произошедшие у предка табака и обеспечив­шие способность к синтезу никотина, закрепились в процессе естественного отбора: расте­ния, ядовитые для насекомых-вредителей, живут лучше и дольше.

Для табака никотин - это оружие химической защиты.

Сегодня химическая промышленность уже разработала более действенные инсекти­циды, тем не менее в магазинах для садоводов до сих пор можно купить дешевую табачную пыль - отходы от производства сигарет. Из нее готовят отвар и опрыскивают им растения или просто поджигают кучку пыли внутри парника, в который пробрались вредные насекомые, чтобы они умерли от дыма. Я лично знакома с кустиком декоративного перца, который был спасен от нашествия тли с помощью половины пачки обычных сигарет. Владелец горшка с цветком купил и распотрошил сигареты, заварил табак в горячей воде, а потом два дня набирал эту гадость в рот и плевался на свой перец - до сих пор не понимаю, как он тогда не схватил острое никотиновое отравление за счет всасывания раствора в полости рта, не пытайтесь повторить этот опыт в домашних условиях. Но зато кустик благодаря самоотвер­женности хозяина выздоровел и процветает.

Никотин действует на нервно-мышечные синапсы насекомых. В нормальной ситуации нервная система насекомого отправляет сигнал на мышцу, из нервного окончания выделя­ется ацетилхолин, он воспринимается соответствующими рецепторами мышечного волокна, мышца сокращается, насекомое идет куда хочет. Если в организм насекомого проник нико­тин, то он действует на те же самые рецепторы, которые в норме воспринимают ацетилхо­лин, и возбуждает их слишком сильно. При этом начинаются неконтролируемые судороги, а при нарастании концентрации никотина насекомое погибает.

С человеком в принципе происходит то же самое. Но у нас немного другие ацетилхолиновые рецепторы, и поэтому на состояние мышц никотин практически не влияет. Он в основном действует на ацетилхолиновые рецепторы, расположенные в головном мозге, на мембранах нервных клеток.

Рецепторы к ацетилхолину есть во многих отделах мозга , но самое главное - их много в мезолимбической системе. Это такая сеть нейронов, которые решают, был ли ты хоро­шим мальчиком (или девочкой) в этом году. Если человек или животное делает что-нибудь правильное и полезное для выживания - например, ест или занимается сексом, - нейроны мезолимбической системы начинают выделять больше дофамина, и она вознаграждает вла­дельца чувством удовольствия. Если человек давно не делал того, чего хочет мезолимбическая система, то уровень дофамина в ней снижается, и владельцу становится плохо. Ну и параллельно эти нейроны влияют на способность к концентрации внимания, обработке и запоминанию новой информации - ведь это тоже может быть полезно, чтобы находить пищу, сексуальных партнеров или еще что-нибудь ценное.

Мезолимбический тракт - это ключевой компонент системы вознаграждения в голов­ном мозге. Вообще можно смело сказать, что возбуждение ацетилхолиновых рецепторов повышает активность системы вознаграждения в целом10. Например, ацетилхолин может повышать активность и прилежащего ядра, и септальной области - эти две части мозга спо­рят между собой за право называться “центром удовольствия” в научно-популярной лите­ратуре. Именно в септальную область крысам вживляли электроды в легендарном экспе­рименте11 1954 года. Животные, обладавшие возможностью самостоятельно нажимать на педаль и получать электрический разряд, переставали есть, спать, интересоваться сексом, а только стимулировали и стимулировали свой искусственный кайф - самая увлеченная из крыс за двенадцатичасовой период наблюдений воспользовалась педалью более 7500 раз. Зато в прилежащее ядро сегодня вживляют электроды людям - это самый радикальный из существующих способов борьбы с депрессией, и его рекомендуют тем, кому не помогает больше ничего вообще.

Наркотики действуют не так эффективно, как электроды, но по тому же принципу. Практически все психоактивные вещества так или иначе вмешиваются в работу системы вознаграждения и усиливают выброс дофамина в ней - причем обычно сильнее, чем еда и секс. Соответственно, мозг становится уверен, что наркотик - это очень хорошо, принимать его непременно нужно, потому что ну не может же быть вредной штуковина, от которой растет уровень дофамина, в эволюции ничего такого не предусмотрено.

Ничего личного, примитивная биохимия. Есть нейроны системы вознаграждения, они способны выделять дофамин. На их мембранах есть рецепторы к ацетилхолину. Когда чело­век курит, в мозг проникает никотин, он связывается с ацетилхолиновыми рецепторами и возбуждает их. Нейроны в ответ на это начинают выделять больше дофамина. Человек счаст­лив и хорошо соображает.

Теоретически все это звучит замечательно: получается, что никотин должен улучшать память, помогать человеку концентрировать внимание и вызывать у него интенсивное чув­ство удовольствия. Более того, эксперименты на некурящих добровольцах, один раз полу­чивших никотин (в виде пластыря14 или жевательной резинки15), показывают, что способ­ность к концентрации действительно растет. Какое прекрасное вещество. С ним только одна проблема: в жизни это так не работает.

Живые существа вообще склонны реагировать не на модуль, а на градиент. Да, мозг очень доволен, когда уровень дофамина в системе вознаграждения растет. Но зато мозг немедленно начинает волноваться, если уровень дофамина снижается - пусть даже он в абсолютных числах все еще выше, чем был до первой сигареты, но тенденция неблагопри­ятная, как-то боязно. “Надо на всякий случай еще раз покурить”, - намекает заботливый мозг своему хозяину. И если они приходят к согласию по этому вопросу, то система возна­граждения получает новую дозу дофамина, и мозг торжествует: “О, смотри-ка, помогло! Я запомню: сигареты - это ценный витальный ресурс!”

А дальше еще интереснее. Если человек начинает постоянно подстегивать свою систему вознаграждения, то нейроны привыкают, что вещества, подобного ацетил-холину, в мозге теперь все время много, и начинают перестраивать свои ацетилхолиновые рецепторы в соответствии с этими новыми обстоятельствами16. Здесь двойственный эффект. С одной стороны, при хроническом поступлении никотина снижается чувствительность ацетилхолиновых рецепторов - каждому из них теперь требуется больше времени, чтобы восстано­виться после работы. С другой стороны, чтобы компенсировать это печальное событие, ней­роны встраивают в свои мембраны больше ацетилхолиновых рецепторов, чувствительных к никотину. По мозгу мертвого человека всегда можно определить, курил он или нет, если подсчитать количество этих рецепторов. Так или иначе, результат от обоих молекулярных перестроек один и тот же: если поступление никотина теперь внезапно прекратится, то в ближайшие несколько недель, пока мозг не перестроится обратно, собственного ацетилхо­лина человеку будет не хватать не то что на чувство счастья, а вообще на поддержание более или менее приемлемого уровня работы мозга.

Именно поэтому нет более глупого и несчастного существа на свете, чем никотинзависимый человек, которому не дают покурить. Я знаю, я пробовала. Например, однажды мне не дали покурить перед регистрацией на самолет в израильском аэропорту Бен-Гурион. Из-за этого я выглядела настолько несчастной и напряженной, что бдительная служба без­опасности мурыжила меня полтора часа - мои облик и поведение вполне позволяли пред­положить, что сразу же после посадки в самолет я твердо намерена выколоть пилоту глаз заколочкой. И это только на фоне часовой депривации. А уж те славные времена, когда я про­бовала выживать без никотина по нескольку дней подряд, все мои друзья и возлюбленные, которых угораздило в этом поучаствовать, до сих пор вспоминают как самые страшные дни в своей жизни. Во время первой попытки бросить курить я как-то устроила мужу натураль­ную истерику в ответ на вопрос: “ Ты же вроде не собиралась покупать дыню?” Ну в самом деле, стоило столько лет жить и работать, чтобы твоему мужу было жалко для тебя дыни, потому что он вообще считает тебя неудачником и иждивенцем, не заслуживающим даже самого обыкновенного фруктика, купленного на честно заработанные деньги! А на следую­щий год, во время второй попытки, со мной вообще произошла самая постыдная история в моей жизни. Мы с прекрасным юношей поехали на выходные в Питер, чтобы я развеялась. Пошли гулять в Петропавловскую крепость. И там у входа стоял негр в костюме рыцаря. Я хотела сказать своему спутнику: “Ой, смотри, рыцарь!” - но поскольку с ацетилхолином в мозге были в этот момент огромные проблемы, то что-то в речевых центрах перемкнуло - и вот я обнаружила себя, интеллигентную барышню из крупного современного мегаполиса в многонациональном государстве, кричащей на весь мост: “Ой, смотри, негр!”

<< | >>
Источник: Казанцева А.. Кто бы мог подумать! Как мозг заставляет нас делать глупости. 2014

Еще по теме Смотри, что с нами делает химия и жизнь:

  1. Что с нами произошло
  2. Скажите, почему я злюсь, когда муж делает что-то не по-моему?
  3. Как вы можете утверждать, что все, что с нами происходит, вызвано внутренней причиной? Я остановилась на красный свет, а в это время дру­гая машина ударила меня сзади. Как я могу быть причиной этого?
  4. Когда я откровенно говорю мужу о том, как отно­шусь к некоторым его поступкам, он меня слушает, а потом спокойно отвечает, что никто не вправе вмешиваться в его личную жизнь, что он такой, какой есть, и не может измениться.
  5. У меня была очень активная и полноценная жизнь; не могу понять смысл предсмертной записки мужа, которую он написал перед тем, как покончить жизнь самоубийством.
  6. Химия кислот и оснований
  7. МОРФОЛОГИЯ, ХИМИЯ И ТОВАРОВЕДЕНИЕ МЯСА
  8. Вселенский смотр-конкурс «Гений в каждую семью»
  9. Смотри, мамочка, никакого Excel!
  10. Предполагаемые категории смотра-конкурса
  11. Где делает психолог свое дело?